Книга Убийства в пляжных домиках, страница 68 – Питер Боланд

— Как так? – не поняла Фиона.

— Сейчас я до этого дойду. Малкольм предложил поменяться. Дом в обмен на пляжный домик. Человеку, который живет один, присматривать за маленьким домиком проще и легче, так что мы поменялись. Я думал, мне повезло, но оказалось, что Малкольм не так глуп, как я предполагал. Когда я вступил в права владения, то обнаружил множество проблем: просадка грунта, сухая гниль, протекающая крыша – в здании было небезопасно находиться.

— А Малкольм об этом знал? – уточнила Сью.

Себ покачал головой:

— Он все отрицал. Сказал, что не знал ни о чем. Если подумать, скорее всего, это было правдой, но в то время я считал, что он все подстроил и перехитрил меня. В итоге оказалось, что ремонт дома стоит дороже его самого. У меня оставался только один выход: продать его муниципальному совету, под снос – чтобы там построили новые дома. Здание стояло на вершине холма, так что за землю дали хорошую цену, больше, чем стоил пляжный домик. Я получил неплохую сумму наличными и купил «Дом Контрабандистов» за гроши – здание пустовало годами. Я привел его в порядок и превратил в то, что вы видите сейчас. Однако пришел черед Малкольма злиться, потому что я продал дом его тетушки, дом, который обожали он и тысячи других людей. Он считал, что я виноват в уничтожении легенды Борнмута.

— Какой легенды? – не поняла Фиона.

— Морского сада.

Неравнодушная Сью и Дэйзи одновременно с ужасом прижали ладони ко рту. Фионе стало любопытно, что за чудовищное преступление вызвало такую реакцию. Себ же никого не убил – хотя это еще предстояло доказать.

— Что такое Морской сад?

— Я его так любила… – Дэйзи чуть не плакала.

— Когда я была маленькой, всегда была неравнодушна к Морскому саду, – сказала Сью, разом как-то растеряв свою обычную уверенность и суровость и став хрупкой и уязвимой.

Фиона снова повторила:

— Что такое Морской сад?

— Спроси кого угодно, кто родился до 90-х, – ответила Сью. – Ручаюсь, при упоминании Морского сада в глазах у всех появится мечтательная дымка.

— Именно так, – подтвердил Себ. – Он был местной достопримечательностью. Дело жизни моих родителей. Они превратили сад перед домом в районе Уэстклиффа в гигантский морской грот, украсили его ракушками, которые привезли из своих путешествий, статуэтками, фонтанами, колодцами желаний и часовенками. Каждый сантиметр выложили ракушками, большими и маленькими, и открыли для посещений, совершенно бесплатно – хотя можно было бросить монетку в колодец желаний, они потом отдавали их на благотворительность.

Дэйзи поискала в интернете фотографии и показала Фионе. Все было именно так, как они только что описали: восхитительно беспорядочный и разнообразный, похожий на лабиринт сад был выстроен из цемента, который в свою очередь был выложен ракушками, а также морским стеклом, мозаикой, кусочками разбитой посуды, разными камушками и статуэтками. В поисковике выпало множество выцветших снимков из семейных альбомов из более беззаботных времен. Маленькие мальчики и девочки с практичными стрижками, в шортах и платьях из чешущегося материала держались за руки мам и пап и вместе бродили по этой стране чудес и неопрятной эксцентричности. В саду было редкое и заманчивое сочетание магии и безумия. Он напоминал Фионе увеличенную и более заметную версию пляжного домика Малкольма.