Книга Убийства на выставке собак, страница 35 – Питер Боланд

— О, мне всегда нравилось начало «Черного Красавчика», – выпалили Дэйзи. – А от «Фоллифута»^[25] у меня мурашки по коже.

Споры и пререкания между членами комитета продолжались, и никто из них не желал слушать других. У Мэлори от ярости – или отчаяния? – сверкали глаза. Ее немецкие овчарки мгновенно почувствовали настроение хозяйки и вскочили, грозно зарычав. Наконец Мэлори надоел этот галдеж.

— Соблюдайте порядок! Тихо!

Остальные мгновенно замолчали, пристыженно опустив головы. Их собаки тоже немного съежились, за исключением померанского шпица Дэвида. Этот песик нагло и высокомерно смотрел на всех остальных, вздернув свой маленький мокрый носик.

— Есть простой способ решить этот спор, – процедила Мэлори сквозь стиснутые зубы. – Мы ставим вопрос на голосование. Кто за то, чтобы передать список участников выставки дамам, поднимите руки.

Руки подняли Кеннет и Делия.

— Кто против?

Руку поднял один Дэвид.

— Вы не голосовали, Мэлори, – ухмыльнулся он. Его померанский шпиц тявкнул два раза в поддержку хозяина.

— Председатель комитета может воздержаться, если посчитает нужным. Почитай правила. Ты проиграл, двое против одного. Поскольку заявками и оплатой занимался ты, Дэвид, прошу тебя предоставить этим дамам всю требующуюся информацию.

Дэвид Харпер встал, выпрямился и сжал свою пушистую собаку под мышкой, как мяч для игры в регби.

— Это черт знает что.

Он направился к выходу и попытался с грохотом захлопнуть за собой алюминиевую дверь, но она плохо закрывалась, да еще и застревала на неровном полу, издавая писк.

— Какие у него проблемы? – спросила Сью.

— Вы знаете, собаки обычно похожи на своих хозяев, – заметила Делия. – Его собака такая избалованная и считает себя важнее остальных.

Фиона задумалась над тем, что Дэвид не хотел, чтобы они получили этот список. «Возможный подозреваемый», – мысленно отметила она галочкой.

— Информацию получите утром, – сказала Мэлори. – Я прослежу за этим. А сейчас вы и так уже отняли у нас много времени. У нас много дел. Всего хорошего.

Подруги поблагодарили ее, развернулись и ушли, позволив себе легкие самодовольные улыбки. Победа, даже такая маленькая, – это все равно победа.

На следующее утро Мэлори выполнила свое обещание. Когда Фиона открыла почту, в папке «Входящие» ее ждало письмо. Не список с заявками, как она надеялась, а поспешно составленное соглашение о неразглашении информации, причем в типичном для Мэлори стиле. В нем совершенно четко и недвусмысленно говорилось, причем с большим количеством восклицательных знаков, что данными об участниках выставки нельзя ни с кем делиться, нельзя передавать кому-то еще и их надо удалить сразу же после того, как дамы закончат с ними работу. Если появится подозреваемый, на которого укажут веские доказательства, Мэлори хотела узнать об этом первой. Если Фиона согласна на эти условия, то Мэлори сделает ей одолжение и вышлет список.

Фиона никак не могла понять, что, по мнению Мэлори, они могут сделать с данными нескольких дюжин владельцев собак и кому хотелось бы их заполучить, если только не какому-нибудь рекламному агентству, решившему разослать листовки строго в районе Крайстчерча и Саутборна.

Фиона, не теряя времени, написала ответ, соглашаясь с условиями Мэлори, даже добавила несколько восклицательных знаков, чтобы показать, как серьезно она подходит к делу. Через пять минут Мэлори прислала девяносто семь заявок на участие в выставке собак. Она также проинформировала Фиону, что комитет решил провести выставку заново и сейчас выбирает подходящие даты после Пасхи.