Книга Лягушачий король, страница 29 – Елена Михалкова

— Бред, вот именно, – согласилась Рита. – Я так Маше сразу и сказала. Ахинея.

Илюшин откинулся на спинку стула.

— Так-так-так… Он подчищает абсолютно все бумажные следы.

Ударение на слове «бумажные» заставило Машу встрепенуться.

— Минуточку! Но это же нелепость…

— Ну, не совсем, – возразил Макар. – Если издатель не станет допечатывать тираж, проблема решена.

— А вдруг!..

— Тогда он опять все скупит.

Бабкин уставился на них:

— Вы о чем?

— Мы живем не во времена Гоголя и Некрасова. В издательстве сохранилась электронная копия книги. Та же верстка… Да и в типографии они есть. – Макар встал и пересел на подоконник. В сумерках его худая длинноногая мальчишеская фигура казалась вырезанным из темноты силуэтом. – При желании можно напечатать хоть миллион экземпляров. Не слишком-то наш писатель осмотрителен!

Он пощелкал пальцами.

— Рита, вы можете достать мне электронную копию этой книги? Раз у вас есть связи с издательством.

Та растерянно посмотрела на Машу.

— Это несложно… Но зачем?

— Неужели не интересно, о чем этот роман? Тем более, вы пострадали непосредственно из-за него.

— Очень интересно! Но я не думала, что… – Глаза ее вдруг сверкнули вдохновенным блеском. – Черт, правда! Завтра копия будет. – Диктуй адрес почты!

Заглянув к Илюшину около полудня, Бабкин обнаружил напарника за чтением. Макар распечатал присланный Ритой с утра файл, включая обложку: «Песни ангелов Московской области», И. Варфоломеев.

— Много освоил? – осведомился Сергей.

— М-м-м… половину, – отозвался Макар, уткнувшись в страницу. Он лежал на диване, держа над собой несколько листов сразу, чтобы текст не просвечивал. – Первую половину. Второй раз.

— Что это значит?

Илюшин оторвал взгляд от книги.

— Я прочел ее всю, теперь перечитываю. Пока перечитал половину. Первую.

— Быстро ты!

— Роман не очень большой.

Пользуясь тем, что Макар занял диван, Бабкин опустился в его кресло. «Господи, хорошо-то как!» Спина, которую он сорвал в Карелии, до сих пор давала о себе знать.

— Я у тебя кресло отберу, – лениво сообщил он.

— М-м-м…

— Ты его недостоин.

— М-м-м…

— И перекрашу.

— Угу.

Все три пробных мячика, пущенных в Илюшина, не были отбиты. Сергей нахмурился. С того момента, как он появился, Макар не задал ни одного вопроса про Богуна. Макар не стал обсуждать потенциальных клиентов. По утрам, если не велось расследования, они проводили что-то вроде совещания: за что браться, кому отказать, и если отказать, то какие выбрать формулировки. Клиенты бывали разные, обидеть кое-кого из них означало нешуточно осложнить себе жизнь.

Что-то из ряда вон выходящее должно было произойти, если Макар отступил от заведенной традиции.

Бабкин начал раздражаться. Но пока он наблюдал за Илюшиным, кажется, забывшим о его существовании, раздражение сменилось беспокойством. Уйдя на кухню, он сварил кофе на двоих, вернулся и сунул чашку Макару.

Илюшин снова отстраненно угукнул, но вынужден был занять вертикальное положение. На это и был нехитрый расчет Бабкина.

— Что ты там вычитал? – помолчав, спросил он.

Макар отложил книгу и уставился в окно. Сергей даже проследил за его взглядом. Но на двадцать пятом этаже с илюшинского дивана можно было увидеть только московское небо, в котором изредка мелькали чайки, орущие так, словно созывали всадников апокалипсиса. Голуби если и залетали, то тихие. Временами среди них встречались снежно-белые, прекрасные, точно сказочные принцы. Застенчиво покакав на подоконник, они уходили, похожие на херувимов, не удержавших подопечных от греха.