Книга Лягушачий король, страница 163 – Елена Михалкова

— Я тебе уже сказал: он мне и не сводный, и не брат! Я всегда чувствовал, что Колька нам чужой. Кукушонок! С той разницей, что меня никто не мог вытеснить из маминого сердца. Он с детства был невыносимым, и ни я, ни мама его не любили. Можешь за него не переживать, он сполна получал заботы от родной матери – его довольно часто отправляли к ней под тем предлогом, что Лиане нужно отдохнуть от младшенького.

— Ты не думал оформить опекунство после смерти матери?

Егор уставился на сыщика округлившимися глазами.

— Ты меня слушал? Мне было девятнадцать! Я был студент! Какой из меня мог получиться опекун девятилетнему мальчишке, которого я на дух не выносил? К тому же я знал, что Колька пойдет вразнос, как только войдет в силу. Так и вышло. В четырнадцать он попал в колонию: они с приятелями ограбили и избили несчастного пьянчужку. Вышел, на некоторое время вроде бы взялся за ум, но потом снова понеслось. И так по кругу. В двадцать он впутался в какую-то совсем дрянную криминальную историю. Не знаю подробностей. Тогда он присел уже надолго. Естественно – рецидивист! Хочешь верь, хочешь нет, но все зачатки будущей криминальной судьбы у него уже в три года были написаны на лице.

— Где он сейчас? В заключении?

— Нет, он вышел.

Илюшин насторожился.

— Вышел и почти сразу погиб, – закончил Егор. – Он сильно пил. Закономерный итог.

Макар записал имя подруги. В глубине души он сомневался, что эта история могла случиться в реальности. Похоже, Лиана выдумала подругу вместе с ее ребенком, а сыну солгала о приемыше.

— Мне нужна фотография, – сказал он.

— Зачем? Говорю тебе, Колька погиб. Да и снимали его последний раз миллион лет назад. Я даже не знаю, где он похоронен.

Но Илюшин настаивал, и в конце концов Олейников сдался.

— Ты мертвеца из могилы поднимешь своим занудством! Вернусь – посмотрю в архиве. Если найдется фото, пришлю.

В зал вбежали несколько девушек лет шестнадцати-семнадцати, но, заметив Илюшина, остановились в нерешительности.

— Девочки, идите сюда! – позвал Олейников и обернулся к сыщику: – Пару минут мне дай, окей?

Его разговор с девушками затянулся. Макар остался в кресле, а Олейников с начинающими актрисами переместились на край сцены, где режиссеру стали показывать наброски костюмов.

— Извини, – вернувшись, сказал Егор. – У нас такая фишечка: персонажи продумывают образ. Мы сами себе и режиссеры, и костюмеры. Привыкли экономить на всем. Кстати, Нина Тихоновна великолепно шила и даже мне пыталась преподать основы. О чем еще ты хотел меня спросить?

— Какие отношения связывали тебя с Иваном Ельчуковым?

— Я же тебе рассказывал. Никаких, в общем-то…

Илюшин молчал, глядя на Егора.

— Ты собираешься меня загипнотизировать? – усмехнулся тот. – Вряд ли получится! Я невосприимчив к гипнозу. Это, между прочим, не какими-то дилетантами проверялось, а специалистом соответствующего направления.

— Егор, что за конфликт у вас вышел?

Олейников вспыхнул.

— Господи, да какой конфликт! Был какой-то дурацкий розыгрыш на вечеринке, я уже не помню, в чем он заключался. И вообще не понимаю, почему тебя это интересует. Старое дело, давно позабытое.

Выйдя из театра, Илюшин позвонил Щербатых, но услышал, что абонент временно недоступен. Ведомый чутьем, он открыл Инстаграм-страницу визажиста Волчка и увидел, что свежее фото час назад выложено с той же площадки, где он встречался с актером.