Книга Перо бумажной птицы, страница 123 – Елена Михалкова

Хвала тушеной капусте! Калита вошел, окутанный капустно-сосисочными ароматами, и дверь за ним закрылась.

Он приблизился, поставил перед матрасом лоток, положил пластиковую вилку. И тут к нему наконец-то пробилась мерзкая вонь. Калита поднял на Дашу удивленно-насмешливый взгляд – не иначе, решил, что она обделалась. Вот тогда она легко, будто играючи, запустила ему прямо в горбоносую морду свой отвратительный «снежок», слепленный из содержимого отхожего места.

Если ты собираешься накормить врага дерьмом, тебе не до брезгливости. Но, готовясь, Даша в последний момент дала слабину и обернула руку двойным слоем простыни. Не то чтобы это сильно помогло… Но все-таки было не так противно.

Макс в ужасе отшатнулся, заморгал, с губ его сорвалось короткое ошеломленное ругательство, а затем он принялся молча, не произнося ни звука, очищать лицо, став до смешного похожим на умывающегося енота.

На это и был расчет.

Даша схватила лежавшую за матрасом пращу и точным сильным движением, которое она отрабатывала с самого утра, со всего размаха нанесла удар.

Человек, у которого все лицо в дерьме, почему-то совершенно не ожидает кирпича в висок. Он думает, что худшее уже случилось.

Ей никогда не удалось бы застать Макса врасплох, будь в ее распоряжении только праща. Даже напади она сзади, Калита увернулся бы. Его реакция против ее собственной: нет, в этой схватке Даше ничего не светило!

А там, где тебе ничего не светит, используй самые грязные трюки. Уж это правило она за годы жизни со своей семейкой выучила на отлично.

Макс издал странный полувздох-полувсхлип и повалился на бок. Даша кинулась к нему и принялась бить куском кирпича по голове, не разбирая, куда попадает. Ее заставил остановиться только противный хруст. В первую секунду она перепугалась, что сломала себе пальцы. Но пальцы были целы. Макс валялся перед ней, залитый кровью, прижав колени к животу и пытаясь закрыть ладонями лицо. Даша слышала, как он стонет. «Выживет, тварь».

Она торопливо обтерла руки, обыскала его карманы. Никаких ключей. Что ж, это не было неожиданностью. «Разуть бы тебя, сволочь, только времени нет». Она босиком прошлепала к двери, приоткрыла ее, высунулась – никого! Шмыгнула наружу.

Теперь найти Нику…

Коридор, в котором она оказалась, был освещен точно такой же тусклой лампочкой, как та, под которой валялся сейчас Калита. Слева тупик, нагромождение каких-то мешков, пахнущих бытовой химией. Даша свернула вправо. На цыпочках пробежала несколько шагов и остановилась перед поворотом. Выглянула, затаив дыхание, и с облегчением убедилась, что длинная кишка коридора пуста.

Впереди в полумраке маячила лестница. Четыре ступеньки, а дальше – стена, скрывающая оставшиеся. Интересно, сколько их там?

И еще очень интересно, где все-таки она находится. Куда их привезли-то?

А вдруг вокруг одна сплошная тайга и комары величиной с котят?

Обувь. Надо раздобыть обувь. Босиком далеко не убежать.

Но сначала надо отыскать Нику.

Какая жалость, что Калита не таскает с собой оружия. Нож – не нужно, нож хорош только в руках умелого человека. Но хотя бы простой «Удар» мог бы носить за поясом! Сейчас он бы очень Даше пригодился. В спертом воздухе она различала запах курева и немытого мужского тела.

Петр где-то неподалеку. Животное тупое! Он застрелил ее. Просто подошел и застрелил, когда она стояла и курила на заднем крыльце ресторана. Пальнул ей в спину, а потом в голову. И это не его заслуга, что Даша не лежит сейчас в морге, укутанная в мешок, а крадется по низкому коридору, где стены дышат холодом.