Книга Перо бумажной птицы, страница 114 – Елена Михалкова

Оля Овчинникова и Наташа Асланова записались в студию в девятом классе. Обеим хотелось славы. Чтобы они танцевали на Дне города, и им все аплодировали, а после их фотография украшала первую страницу еженедельной газеты.

Легкость характера не мешала Лиле быть очень требовательной, когда дело касалось работы. Дети у нее пахали всерьез. Четыре раза в неделю по два часа, одной только растяжки сорок минут. Наташа с Олей занимались из-под палки, ныли и много пропускали.

Лилия выгнала бы обеих, если бы не заступничество Тамары Даниловны. «Надо дать им шанс. Девочкам не повезло, им не выпало больших талантов или большого трудолюбия, но ставить на них крест рано!» Лилия послушалась и дотащила Асланову и Овчинникову до конца одиннадцатого класса. Танцы шли обеим на пользу. Улучшилась осанка, стали плавными движения. Обе с гордостью говорили, что они солистки в «Глории».

Лилия действительно пообещала Наташе Аслановой сольную партию в ближайшем большом выступлении, на девятое мая, но только при условии, что та будет посещать студию без пропусков.

— У меня было предчувствие, что нас ждет что-то нехорошее, – сказала Тамара Даниловна. – Девочки взрослели, их шалости становились злее. Олю пыталась наставлять ее старшая сестра, но та никогда не слушала Нику. Они дразнили других школьниц. Это звучит по-детски – «дразнить»! Но в их классе была такая Люда Медведева, довольно полная девочка, и Наташа с Олей стали клеить ей на спину листок с надписью «толстожопая свинья». Люда выходила в коридор, дети смеялись над ней… Это было довольно жестоко. Потом Наташу бросил ее мальчик, и она закрутила роман со взрослым мужчиной. Какой-то маргинал, без работы, на двадцать лет старше… Мать переживала безумно! Наташа с ним и сбежала потом. В обеих девочках чувствовалась нарастающая злость, словно у них накопились претензии к миру, и они готовились выставить счет. Долгое время им все сходило с рук. Но потом как будто набралась критическая масса, и все взорвалось.

Из апрельских занятий Наташа с Олей пропустили в «Глории» половину. Лилия твердила, что в мае выступление, что она не позволит его сорвать и заменит их другими… Ольга до последнего была уверена, что этого не случится.

— Пугает наша Лилечка. Мы у нее незаменимые.

Когда стало известно, что Маркова действительно назначила других танцовщиц на главные роли, обе девочки явились к ней домой. «Подлижемся, поплачем, она нас оставит».

Но руководительница «Глории» рассердилась всерьез. Не помогли ни слезы, ни напоминание о том, что у них выпускной класс и они не могут уделять много времени студии. «Я вас обеих предупреждала, – сказала Лилия. – Девятого вы не выходите. Вы не подготовлены».

Асланова к этому времени разболтала всем, что в День Победы танцует на главной площади города. Ольга мечтала показать родителям, что может выступать не хуже старшей сестры. Из-за упрямства Лили все сорвалось.

И кто виноват?

Лиля – злобная сука! Она ведь знает, как важно им обеим это выступление!

Нельзя спустить ей это с рук.

И был придуман план. План выдающийся, потому что одним ударом девчонки убивали двух зайцев. Первый заяц – Лилия: бах – и отстрелили ногу! Второй заяц – Надежда Ивановна Кунжаева, среди школьников имевшая прозвище Кунжиха.

Кунжиха – техничка в школе. Крепкая, как дубовый пень, корявая, с необъятным задом. Наташа возненавидела ее после того, как та гоняла ее грязной мокрой тряпкой по всему первому этажу. Асланова визжала и уворачивалась, но Кунжиха в конце концов изловчилась и метнула мерзкую тряпку, словно ком земли. Попала! На школьном платье остались мокрые следы. Еще орала вслед, обзывала воровкой. Ну да, Наташа шарилась по карманам чужих курток в гардеробе. Но вообще-то искала не деньги, а сигареты. Да если бы и деньги! Никто от этих копеек не обеднеет.