Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 158 – Елена Михалкова

Нина лежала с закрытыми глазами. Ее маленькое тело под одеялом казалось детским.

— Если говорить начистоту, ты попросту собиралась все разрушить, – сказала Вера. – Ломай свою жизнь. А в чужие не лезь.

На второй день этих разговоров у Веры случилось помутнение рассудка, и она зачем-то поставила Нине капельницу с раствором Рингера. Именно поэтому Нина, которая должна была умереть к утру вторника, даже к вечеру была еще жива.

«Иди в полицию, – нашептывал внутренний голос. – Ее можно спасти, ты же медсестра, ты обязана ей помочь».

Вера заколебалась. Однако вскоре стало ясно, что обстоятельства складываются в ее пользу.

Во-первых, Нина побоялась не найти парковку возле дома и оставила машину в соседнем квартале.

Но главное – она забыла в салоне телефон! Никому не удалось бы найти ее, запеленговав сим-карту или что там пеленгуют с этих вышек, которыми утыкан весь город…

Добровольно каяться в убийстве было бы очень глупо.

Нужно всего лишь немного подождать. Естественный ход событий быстро приведет Нину к смерти.

Она умрет сама. От потери крови, от обезвоживания, от черепно-мозговой травмы…

И тогда останется лишь избавиться от тела.

В ожидании этой минуты Вера совершала все положенные медицинские манипуляции со старухой Горчаковой и обдумывала, что будет делать потом.

Вечером в понедельник она подстраховалась. Позвонила Кузнецовой – сменщице, которая должна была дежурить у Горчаковой со следующего дня, – и договорилась, что ближайшую неделю сама проведет у старухи. Правила это запрещали: у Веры выходила слишком большая переработка. Но она знала, что начальство закроет глаза на ее проступок.

— У меня хорошая репутация, – объяснила она Нине. – Мною дорожат. Ты можешь сказать о себе то же самое? Вот именно! Что-то в своей жизни ты делала неправильно.

Вера терпеливо дожидалась Нининой смерти. Но даже у самых стойких женщин есть предел выдержки. Она истратила на бывшую подругу почти весь свой запас нембутала. К тому же Вера очень устала. По всему району шныряли люди с расспросами. На подъезде не было видеокамеры, но могли найтись свидетели, которые видели светловолосую женщину в бежевом пальто… Следовало торопиться.

Если бы Нина умерла сама, это бы все упростило!

Но Нина не умирала.

Ее смерть была неизбежна. Вера повторила это слово вслух, подержала во рту: «Неизбежна». Если так, есть ли разница, от чего умрет человек?

Не гуманнее ли отпустить Нину раньше? Может быть, это последний долг перед угасающей подругой – даровать ей избавление?

Чем дольше Вера думала об этом, тем больше ей нравилась эта мысль.

Не убийство, а избавление.

Когда Нина исчезнет из квартиры Горчаковой, Веру ничего не будет с ней связывать. Полутруп на диване в одной комнате с ее подопечной выглядит нехорошо.

— Если бы тебя увидели другие люди, могли бы бог знает что подумать, – шутливо сказала Вера, укрывая Нину одеялом до подбородка.

Но внутренне поморщилась. Не надо других людей.

Они все испортят.

Например, двое частных сыщиков. Один из них сумел найти Егора, и уже поэтому Вера была к нему расположена. В разговоре с ними ей пришлось переключиться на другой регистр, прикрыться второй Верой – совестливой, глуповатой… Все закончилось хорошо. Ей поверили. Но после ухода детективов Вера зашла в ванную комнату, чтобы умыться, наклонилась над раковиной и потеряла сознание.