Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 139 – Елена Михалкова

— У нее была техническая возможность убить Нину, – сказал Макар прямо у него над ухом.

Сергей, задумавшись, не услышал, как он подошел.

— Я тебя самого когда-нибудь прибью! Сколько раз просил – не подкрадывайся! Была возможность, да. Но зачем резать курицу, которая несет золотые яйца?

— А зачем Алик и Алла делают все, чтобы испортить отношения с отцом, хотя он для них такая же курица? Вопрос риторический. Ладно, докуривай и поедем к Алику, он нас заждался. Хотя нет, подожди…

Макар вытащил из своего кармана еще одну сигарету Бабкина и принялся вертеть в пальцах. Табачные крошки подхватывал и уносил ветер.

— Нина понятия не имела, что ее письмо не дошло до адресата, – правильно?

— Ну правильно, – неохотно согласился Сергей, наблюдая за своей истерзанной сигаретой и гадая, сколько еще прикарманил Макар.

— Она полагала, что Юрий и Тамара считают ее живой.

— Тоже правильно. И?

Илюшин сломал сигарету пополам.

— А как получилось, Сережа, что Нина регулярно виделась с Шурыгиной и за десять лет у них ни разу не зашел об этом разговор?

Бабкин вполголоса выругался.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

— Тебя тут частные детективы искали, – сказала коллега, заглянув в комнату отдыха, где переодевалась Шурыгина.

У Веры сжалось сердце. Глаза коллеги блестели от любопытства. Вера понимала, что если сию секунду не выложит, зачем она понадобилась сыщикам, по их учреждению поползут слухи самого невообразимого толка.

— Спасибо, Люда. Где они?

— В приемной сидят, – обиженно ответила та, поняв, что пищи для сплетен не будет.

Вера стащила с головы платок, который надевала на выезды к подопечным.

— Ой, ты вся седая! – жалостливо всплеснула руками Люда, не пытаясь скрыть злую радость. – Переживаешь сильно, Верочка?

— Невнимательная ты, Людмила. Я уже десять лет как седая.

Вера плечом отодвинула коллегу, растопырившуюся в дверном проеме, и пошла в приемную.

Сердце колотилось: тук-тук – и провал. Тук-тук – и провал.

Посетители поднялись ей навстречу, и по их хмурым лицам Вера поняла, что хорошего разговора не выйдет.

— Что случилось? – обреченно спросила она.

— Давайте побеседуем в спокойном месте, – предложил Макар.

— Пойдемте в нашу комнату отдыха. Там пока никого…

Сергей Бабкин, войдя, окинул помещение таким взглядом, что Веру затопила злость. Да, отдохнуть здесь не так-то просто. Нет ни кроватей, ни удобных раскладывающихся кресел. Хочешь спать – спи на стуле. Она, между прочим, так и делала. Из нее вышел рекордсмен по засыпанию в самых неподходящих местах. В туалете, прислонившись к стеночке. В маршрутке, стоя, прижавшись к незнакомому прокуренному плечу. Головой на кухонном столе, под вопли матери. Однажды заснула в прихожей у пациентки: присела на банкетку, чтобы обуться, уткнулась в длинную теплую чужую шубу – и отключилась. А здесь хотя бы тихо и не воняет мочой и лекарствами.

Всю эту гневную тираду Вера собиралась обрушить на частного сыщика, кривившего морду. Но тут Макар Илюшин прикрыл дверь, обернулся к ней и без вступления спросил:

— Как давно вы знаете, что Тамара Григорьевна скрыла от своей семьи письмо Нины?

У Веры подкосились ноги. Она опустилась на стул, открыла рот, чтобы спросить, откуда им это известно, – и поймала взгляд Сергея. Сыщик смотрел на нее удивленно и неприязненно. Вот почему он кривил физиономию! Не потому, что обстановка показалась ему скудной, а из-за того, что разочаровался в ней, Вере…