Книга Человек-Тень, страница 85 – Эдогава Рампо

— Давно вы служите у этого хозяина?

— Да, больше десяти лет. Мой хозяин человек удивительный, имен у него множество, живет повсюду.

— Чем занимается ваш хозяин?

— А вот это мне неведомо. Ну, он же господин молодой и богатый. Вот и живет на широкую ногу, и развлекается вовсю. Так-то оно так, но он, похоже, еще и пишет что-то, потому и выстроил себе этот дом с рабочим кабинетом.

— М-да, и впрямь необычный человек. Как и это строение. Со всего одним крошечным окошком внутри должна быть тьма кромешная, а эта накрепко запирающаяся дверь – каково? К чему вообще такая осторожность? Может, там, внутри, хранится что-нибудь ценное?

— Ручаться не стану, но вроде бы ничего ценного там нет. Несколько книг хранятся – вот и все. А дверь запирается накрепко не поэтому. Хозяин терпеть не мог, если кто-нибудь заходил, когда он занят делом. Вот и не успокоился, пока на дверь не поставили большущий засов. Уж не знаю, что тревожило хозяина. Он как будто чего-то боялся. Видать, врагов у него было полно. Ну, насчет этого не знаю, а хозяин, бывало, говорил такое. Мол, врагов у него много, остерегаться надо.

— Значит, потому и железную решетку на окно поставили.

— Похоже на то.

Больше старик ничего не знал, в конце концов решено было взломать дверь и осмотреть комнату внутри.

Начальник полиции отдал подчиненному распоряжение вызвать подсобного рабочего. Тот явился, неся на плече огромную кувалду. Этой кувалдой он разбил дверь, чтобы начальник и остальные могли обследовать помещение.

Убитому выстрелили в лицо из пистолета, его лицо было сплошь в крови. Не сдвигая труп с места, всю комнату тщательно обыскали. Входная дверь была заперта изнутри, засов на ней полностью задвинут. Ключ лежал на письменном столе. Перекрещивающиеся железные прутья решетки единственного окна были глубоко вдавлены в бетон оконного проема, никаких следов повреждений на них не заметили. Застекленную оконную раму изнутри комнаты, за решеткой, герметично закрыли и заперли на щеколду. Толстые кирпичные стены оштукатурили изнутри и обшили дубовыми панелями. Ни на потолке, ни на полу не обнаружилось ни единого подозрительного места. Запертая комната была идеальна и безупречна.

Пока происходил осмотр, из столичной полиции прибыли вызванные сообщением начальника сотрудники уголовного и криминалистического отделов.

Помещение еще раз обыскали и сфотографировали внутри и снаружи. После того как медик из экспертной бригады освидетельствовал труп, его на время перенесли в большой дом.

Погибший был убит из пистолета, однако этот пистолет в комнате не обнаружили, а произвести выстрел снаружи никак не могли. Рама единственного окна была герметично запечатана, на стекле не осталось ни малейших следов повреждений. Оставалось лишь предположить, что преступник застрелил жертву, находясь вместе с ней в комнате, но каким образом он потом покинул ее? Ведь нигде в помещении не нашлось ни единой щели.

Эксперты-криминалисты были хорошо осведомлены об устройстве запертых комнат и всевозможных ухищрениях, позволяющих совершать какие-либо действия через замочные скважины. Однако при обыске они убедились, что действовать подобным образом сквозь замок в двери этого помещения абсолютно невозможно.

Обычные замки проходят через дверь насквозь и открываются одним и тем же ключом изнутри и снаружи, но эта дверь имела особое устройство. На ней были отдельные замочные скважины снаружи и изнутри, и ни та, ни другая не проходила через дверь насквозь, оставаясь закрытой с одной стороны. Сами ключи – один для наружной скважины, другой для внутренней – по форме были совершенно разными. Вероятно, хозяин, как человек со странностями, опасался, как бы кто-нибудь, подобрав ключ, не стал открывать дверь когда вздумается; вдобавок хозяин сообразил, что отдельные замочные скважины помешают заглядывать сквозь них в помещение.