Книга Гостиница, страница 90 – Кит Даффилд

Мне нужны бабушкины деньги. Сейчас.

— …И в этот самый момент, – продолжает мама, – из химчистки вылетает Памела, а из кармана пальто у нее торчат старые колготки в сеточку…

— Мам, ты не могла бы кое-что для меня сделать?

От неожиданности она теряется на секунду.

— А… да, конечно. Что тебе нужно?

— Да просто… Извини, что занудствую, но ты можешь перевести мне бабушкины деньги? Прямо сегодня.

Пауза.

— Бабушкины деньги?

Она прихлебывает чай. Как-то слишком уж медленно.

— Зачем тебе деньги?

Начинаю застегивать блузку.

— Так, ничего серьезного. Подумала, что хорошо было бы… уже все уладить.

Мама тихонько покашливает, прочищая горло.

— Ты говорила, в ближайшие лет пять вы не собираетесь покупать жилье. Хотела подождать, пока не начнете зарабатывать больше.

Где-то внутри меня шевелится паника. Пуговицы блузки вдруг кажутся слишком мелкими для пальцев.

— Да, я помню, но… можешь просто мне их перевести? Уже закончим с этим, и все. Можно ведь открыть вклад, и тогда еще накапают проценты. Мам, давай…

— Ладно. Послушай.

Замираю возле кровати, так и не застегнув блузку. Не нравится мне мамина интонация. Ни капли не нравится.

— Денег больше…

Хватаю телефон и выключаю громкую связь. Холодея внутри, сажусь на кровать.

— Мам, что с деньгами?

— Их больше нет.

Мне кажется, что в номере сверкнула молния. Наклоняюсь вперед, качаю головой, прижимая телефон к уху.

— В каком смысле – нет?

Она тяжело вздыхает:

— Их украл твой отец.

— Что?

— Я хотела сказать тебе, доченька. Правда хотела… – лепечет мама, теряя самообладание. – Деньги были на нашем старом общем счете, и я забыла закрыть ему доступ, а у него был пароль.

— Боже… мой.

Меня охватывает паника. Воздуха не хватает.

— Я попробую их вернуть, Бет. Обещаю. Но… – У мамы вырывается стон. – Банк сказал, что тут ничего не поделаешь, поскольку счет был общий. По закону отец имел такое же право на эти деньги, как мы с тобой.

Я встаю, каменея от ярости, и упираюсь ладонью в стену.

— Хоть на что он их потратил?

— В основном на азартные игры. – Теперь в мамином голосе звенят стальные нотки. – А еще подруга видела его пару раз в квартале красных фонарей.

Я не знаю, что сделать – разрыдаться или пробить дыру в штукатурке? Не могу поверить, что все это происходит на самом деле.

— Но ты можешь пока обойтись без них, правильно? – спрашивает мама с надеждой, и мое сердце сжимается от жалости.

Как тяжело ей было держать это в тайне и ждать того дня, когда придется во всем признаться…

— Ты же все равно хотела повременить с покупкой дома. А позже мы все уладим. Что-нибудь обязательно подвернется. Так оно всегда и бывает.

Обреченно смотрю в потолок. Мы в серьезной беде: мне не потянуть даже долг по кредитке с этими процентами, а что уж говорить о счете, который нам выставят перед отъездом из «Кувастина». Я буду в долгах до конца жизни. Со своей учительской зарплаты я такую сумму никогда не выплачу.

Стискиваю зубы, чтобы не зареветь.

— Мам, как он мог так с нами поступить?

— Послушай, Бетти. У твоего отца есть такая неприятная черта… Я лишь недавно это поняла, после стольких-то лет. Когда тебе кажется, что дело плохо, дальше некуда… обычно все становится еще хуже.

Нетвердо стоя на ногах, одной рукой вцепившись себе в волосы, я поворачиваюсь к скриншоту, застывшему на огромном экране нашего телевизора, – цепочке личных сообщений, которые Джеймс отправил Джорди. В голову приходит мрачная мысль: возможно, вот так мой отец обманывал бы маму, если бы тогда, двадцать лет назад, у них был инстаграм. Намного проще, чем гоняться за юбками по барам и клубам или снимать проституток. Скучновато, зато никакого риска. Можно заниматься этим, когда ты под одной крышей со своей второй половинкой.