Книга Хозяйка сада черных роз, страница 59 – Катерина Кавалье

Дамиано догадывался, о чем думал Маттео. В сегодняшнем спектакле чувствовалась опытная рука Нико, который умел использовать общественное мнение себе на пользу. Вслух они оба это озвучивать не стали. Изабелла все еще не знала, где оказался Нико, и пока что сообщать ей не планировали.

Какое-то время Росетти молчал, провожая глазами черную фигуру, медленно плывущую сквозь толпу. Люди расступались перед ней с той смесью почтения и любопытства, которая обычно зарезервирована для святых или палачей.

Он кивнул Виктории, чтобы найти себе более интересного собеседника, и она ретировалась, а Изабелла осталась так же внимательно наблюдать за Кьярой.

— Что скажешь?

Ему определенно нужно было выпить до того, как начнется еще один акт этого представления.

— Она держится как глава семьи, – она дернула плечами. – Я не ожидала.

— И все? – ответом Дамиано остался не удовлетворен, его жена редко была такой немногословной относительно других женщин, попадавших в зону ее внимания.

— Не знаю… – протянула Изабелла, поджимая губы. – По ней трудно что-либо сказать. Она не озирается по сторонам, никого не ищет глазами и выглядит довольно уверенной. Если это ложь, то отточенная идеально.

Дамиано вдруг поднялся с места, Изабелла тут же вскинула к нему голову.

— Ты куда?

Он чуть улыбнулся ей уголком губ, но ничего не сказал. Кьяра наконец расположилась за столом в центре залы, и ему было чертовски интересно обменяться с ней парой слов. В таком-то окружении она не сможет сделать ему ничего, даже улыбаться придется фальшиво.

Пройдя через гостей, пытающихся сторговаться за очередной лот идущего со сцены аукциона, он остановился за спиной Кьяры. Она все еще держала свой бокал, обменивалась фразами с Сиеной, очевидно, прекрасно зная, что Дамиано стоит за ее спиной.

— Чем обязаны, синьор Росетти? – Скьяретта распахнула свои огромные глаза, выглядя абсолютно невинно.

— Хотел поинтересоваться, не оставите ли вы меня с Кьярой наедине?

Он намеренно использовал имя, а не официальное обращение, что вызвало у Сиены неодобрение. Они были слишком плохо знакомы, но слухи ходили разные, особенно о том, как она помогала отцу, а значит, чтила традиции семьи и прекрасно осознавала иерархию.

Кьяра, прежде не оглянувшаяся в его сторону, теперь вдруг развернулась и вскинула брови. Она рассматривала его, будто выискивала намерения в выражении лица, но довольно скоро кивнула Сиене, и та растворилась в толпе.

Дамиано сел напротив, их колени соприкоснулись, а взгляды пересеклись. Она смолчала, дожидаясь, когда он заговорит о том вопросе, с которым пришел, но и он не торопился.

— Ты в курсе, – вдруг прошептала она, опираясь на руку на столе, – что только тем, кто внес пожертвования, позволено находиться в этом зале?

— Я-то думал, что приглашение само по себе освобождает от такой ответственности.

— В таком случае я тебя разочарую, – она одним коротким взглядом пригласила его посмотреть на аукцион. Росетти не то что не проследил за этим движением, а полностью его проигнорировал.

— Зато я в курсе, что ты уже заручилась поддержкой Скьяретта и Ди Кристины.

Кьяра не удивилась, пожав плечами.

— Я знаю.

— И я в курсе, что ты посодействовала полиции в остановке моих поставок.

— Ты перестанешь говорить очевидные вещи? – Кьяра коротко рассмеялась, попросила у официанта движением руки еще один бокал шампанского. – Мы можем разговаривать так весь день.