Книга Тайна кровавой ночи, страница 53 – Евгений Сухов

Марфа молчала.

— Ну, говори же, дура! — уже в приказном тоне произнес судебный следователь. — Не губи себя из-за какого-то выродка!

Марфа Хорькова посмотрела в глаза Воловцова. Что она там увидала, известно было лишь ей самой. Только немного помолчав, она вздохнула с каким-то надрывом и тихо произнесла:

— Это был…

Когда Хорькова назвала его имя, на лице Ивана Федоровича Воловцова на миг отразилось неподдельное изумление: его густые брови дрогнули и поднялись. Но следователь тотчас справился с собой, вернув лицу привычную невозмутимость, и лишь внимательный наблюдатель мог бы заметить, что услышанное его по-настоящему поразило.

Зиновий Шиманов слыл человеком слова. Так о нем думали многие, кто его знал. В том числе и шестидесятилетний купец первой гильдии Ахметзян Сайдашев, чайный король Поволжья, заводчик, благотворитель и учредитель акционерного общества: торгово-промышленного товарищества на паях «Ахметзян Сайдашев с сыновьями и Бакый Субаев». Товарищество занималось в первую очередь оптовой торговлей чаем и сахаром, параллельно развивая стекольное производство и выделку пушнины, — дело для Сайдашева новое и сулящее со временем большую выгоду. Именно купец Ахметзян Сайдашев разрешил принять на работу бывшего полицейского урядника Шиманова исправляющим обязанности приказчика на одно из своих предприятий (Зиновий Иванович, уволившись со службы, приехал в Казань из Свияжского уезда и окончил коммерческие курсы). И именно Ахметзян Сайдашев по прошествии не столь большого времени распорядился из мелкого приказчика, выполняющего функции то продавца, то кассира или учетчика товаров, сделать Зиновия Ивановича коммивояжером с правом заключения сделок. Потому как зарекомендовал себя Зиновий Иванович за время служения купцу и промышленнику Сайдашеву человеком исполнительным и всегда отвечающим за свои слова. Что сам Ахметзян Сайдашев и его компаньоны ценили в людях в первую очередь.

Став коммивояжером, Зиновий Шиманов посетил многие уездные города Казанской и прочих близлежащих губерний, совершая выгодные для «Товарищества на паях» сделки и принося купцам-учредителям солидные барыши. Зарабатывал неплохо, имея помимо фиксированного жалованья еще и процент от сделок, им заключенных. И чем больше сделок он совершал, тем больше денежек получал в собственный карман, что было вполне справедливо и заслуженно.

Однажды в уездном Царевококшайске с Шимановым случилось происшествие, круто перевернувшее всю его дальнейшую жизнь. Заключая сделку с торговым домом «Христофор Талмудов и Луидор Мамадыжский» — единственным в городе сколько-нибудь значительным коммерческим предприятием, — Зиновий Иванович получил в счет предстоящей поставки полторы тысячи целковых задатка и выдал расписку в получении денег.

Беда заключалась в том, что расписка эта была составлена на бланке давно разорившегося «Товарищества братьев Г. А. и В. А. Власьевых». Бумага, удивительно похожая на деловые бланки торгово-промышленного товарищества на паях «Ахметзян Сайдашев с сыновьями и Бакый Субаев», неведомо как затесалась в его рабочую папку. Шиманов заполнил ее машинально, в полной уверенности, что имеет дело с нужным бланком.