Книга Дикая карта, страница 115 – Элси Сильвер

Темные глаза Баша на мгновение скользят в мою сторону, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.

— Тебе понравилось?

— Нет. — Он напрягается, и я улыбаюсь. Его иногда так легко поддеть. — Я это обожала.

Ю

— Что тебе понравилось больше всего? Чтобы я знал в следующий раз.

Моё сердце забилось в груди по-девичьи. В следующий раз. Боже, я очень на это надеюсь.

— Я не смогла бы выбрать. Всё было одинаково прекрасно. Не промахнешься. И я говорю это не просто чтобы польстить тебе.

Он издает низкий гортанный звук, и его руки поворачивают руль.

— Ладно. Тогда я просто приготовлю всё снова.

Я сжимаю губы, сдерживая улыбку. Это в духе Баша. Он говорит об этом с недовольным видом, но при этом не моргнув глазом готовит совершенно нелепый завтрак только потому, что мне это нравится. Чёрт, если бы мне понадобилась почка, он, наверное, предложил бы мне свою оставшуюся.

Я никогда не знала мужчину с таким большим сердцем. И думаю, это то, что я люблю в нём больше всего.

Люблю.

Горло у меня сжимается, и я смахиваю несуществующую пыль с бедер, прежде чем сменить тему.

— Куда это мы опять едем? — Пока мы лишь движемся прямо за пределы города.

Уголок его рта вздергивается.

— Я тебе не говорил.

— Верно. Но сейчас мог бы.

— Прости, не могу. Это уже не будет сюрпризом.

Я скрещиваю руки и с драматичным надуванием губ откидываюсь на спинку.

Он усмехается. Звук низкий, глубокий, и он словно бархат скользит по моей коже. От этого мне хочется перелезть через центральный подлокотник и устроиться у него на коленях.

— Но хорошая новость в том... — Моё внимание переключается на него, когда он жмет на тормоз и поворачивает руль. —...что мы на месте.

Я отворачиваюсь от него, и взгляд цепляется за подъездную дорожку, на которую мы только что свернули. Справа от нас покосившаяся табличка с выцветшими белыми буквами гласит: «АЭРОДРОМ РОУЗ-ВЭЛЛИ». Я снова смотрю на него как раз вовремя, чтобы увидеть, как он нажимает кнопку на одном из брелоков, закрепленных на солнцезащитном козырьке.

Теперь ворота открываются.

— Ты везешь меня на авиашоу?

Он улыбается.

— Нет, Гвен. Я везу тебя полетать.

— Что? — это слово вырывается у меня на одном дыхании, а внутри всё замирает от восторга.

— У меня до сих пор есть самолет. Мне как-то надо было налетать часы для практики, и теперь я к нему привязался. Не могу заставить себя его продать, хотя, наверное, стоит. — Он застенчиво пожимает плечами. — Плюс, я люблю с ним возиться, когда выдается время.

Я могу только сидеть с раскрытым ртом, качая головой от изумления.

— Ты везешь меня полетать? — в моём голосе слышно недоверие, и он заставляет его рассмеяться.

— Ладно, хорошо. Рад, что ты не в ужасе.

— В ужасе? Ты шутишь? Это потрясающе! А если я умру? — Я подмигиваю ему. — Что за способ умереть.

Он парирует моими же словами:

— А если выживешь?

Я просто пожимаю плечами, позволяя вызывающей улыбке тронуть мои губы.

— Полагаю, придется придумать новый отличный способ умереть.

Он закатывает глаза, но не может сдержать понимающую усмешку.

По правде говоря, я не могу волноваться меньше. Баш, возможно, самый умелый мужчина на планете — летает на самолетах, мастерит, готовит завтраки, целуется так, будто это искусство. Этот мужчина ни за что не разобьет свой самолет.