Книга Бывшие. Теперь я (не) твоя, страница 86 – Оксана Лебедь

Я немного удивлена, что мы идем пешком, Артем не большой любитель прогулок. Не могу вспомнить чтобы видела машину Артема.

— Почему пешком? Не на машине, — спрашиваю, чтобы хоть как-то заполнить паузу.

— Нет машины, — Артем усмехается, говорит просто и легко.

— Как это? — удивляюсь я, бросив на него быстрый взгляд. — Ты попал в аварию? Что-то случилось?

— Нет, — он качает головой. — Просто… оставил родителям. Они не приняли мой выбор и захотели, чтобы я всё оставил если ухожу.

Я останавливаюсь, смотрю на него.

— То есть… у тебя теперь ничего?

— Ничего. — Пожимает плечами. — Ни дома, ни машины, ни денег. Только я сам.

— И тебя это не пугает? Что теперь ты будешь делать? — я просто не могу представить Артема без поддержки родителей, он с первых дней жизни существовал за счет их. А теперь что? В тридцать лет лишится всего, что было всегда…

Он усмехается — устало, почти горько.

— Пугает. Но, знаешь, гораздо страшнее жить, зная, что всё, что у тебя есть, куплено ложью. Буду делать то же что и все остальные. Жить, работать.

Я отвожу взгляд. Его слова цепляют, но внутри поднимается другое — страх. Не за себя, за него. Он ведь другой, он не привык экономить, жить от зарплаты до зарплаты.

— А если… ничего не получится? — спрашиваю тихо. — Если ты так и останешься без всего?

— Это ты так меня поддерживаешь? — усмехается Артем, останавливается и смотрит прямо мне в глаза. — Понимаю, тебе страшно. Ты думаешь: «Что, если он не выдержит? Что, если через месяц всё вернётся обратно?»…

— Да, — перебиваю я. — Именно так. Ты не привык к такой жизни! Да ты даже не знаешь какая она!

Он кивает.

— Возможно, — он кивает. — Я никогда не жил так. У меня всегда было все. Сейчас у меня есть моя зарплата, — он усмехается. — Этого хватит на время, что бы устроится и найти работу, — он сглатывает. — У меня теперь только одна цель — быть рядом. Не потому что должен. Потому что хочу. Конечно, мне хочется дать вам все и надеюсь, что через время у меня появится такая возможность.

Эти слова звучат просто. Без обещаний, без пафоса. И от этого почему-то верится.

Пиццерия действительно почти пуста. Тёплый свет, запах кофе и теста. Мы садимся у окна, напротив друг друга. Артём долго молчит, греет ладонями чашку. Не знаю, что чувствую — жалость, уважение или что-то третье. Наверное, всё сразу.

Он поднимает глаза:

— Я знаю, как это звучит. «Без машины, без дома, без гарантий». Не то, что ты заслуживаешь.

— Я не меряю любовь квадратными метрами, — тихо отвечаю.

Он улыбается, и в этой улыбке — усталость и благодарность.

Молчание теперь другое — тёплое, не давящее. Я замечаю, как сильно он изменился. Нет той самоуверенности, что раздражала. Только спокойная сила.

— А если я не смогу простить? — спрашиваю вдруг.

Он поднимает взгляд.

— Я готов это принять, но все равно останусь рядом. Хочу чтобы ты это понимала. Не важно будем ли мы вместе или нет, я в любом случаи навсегда останусь в твоей жизни и жизни Милы. У нас есть то что связывает нас навсегда.

Сердце дергается. Я не знаю, что сказать. И поэтому молчу.

Когда мы выходим, утро уже по-настоящему проснулось. Воздух тёплый, солнечный. Артём идёт рядом, чуть впереди. Я думаю, что, может быть, всё и правда можно начать сначала.

Он вдруг останавливается. — Ань…