Книга Бывшие. Теперь я (не) твоя, страница 40 – Оксана Лебедь

— Это мне что нужно? — усмехается она. Мария Владимировна смотрит на меня надменно, не скрывая брезгливости, словно я какая-то грязь. Она, как обычно, одета с иголочки: зелёная шелковая блузка, тёмно-серый шерстяной пиджак, идеальная укладка и красная помада. — Это ты пристала к моему сыночку! Я предлагала тебе деньги, если тебе было мало — надо было сразу сказать! Сколько тебе нужно?

— Мне не нужны ваши деньги, — мой разум немного затуманен сном, я даже не могу соображать нормально. — Что вы тут делаете? Как смеете меня бить? Вы вообще в своём уме?

— При мне можешь не притворяться. Вижу, что у тебя денег нет, — она брезгливо осматривает подъезд. — Живёшь в каком-то клоповнике. Сколько тебе нужно? Передо мной можешь не гнуться, мне ты мозги не запудришь! Я таких, как ты, насквозь вижу.

— Убирайтесь отсюда! Как вы вообще узнали, где я живу?

— У меня есть ещё друзья в Москве, — гордо произносит она. — Тебе лучше назвать свою сумму и убраться отсюда.

— Это вам лучше убраться отсюда, пока я полицию не вызвала, — я разворачиваюсь и хочу зайти обратно в квартиру, но Мария Владимировна хватает меня за руку и резко разворачивается.

— Послушай меня, если ты не сделаешь так, как я скажу, я испорчу тебе всю жизнь. Поверь, связей мне хватит! А если продолжишь пудрить моему сыну мозги, пожалеешь сильно, — она угрожающе тыкает пальцем перед моим лицом.

Она смотрит на меня такими бешеными, злыми глазами, что становится страшно. Но я больше не девочка и не позволю себя запугивать.

— Что здесь происходит? — поворачиваюсь и вижу Веру Степановну в бигудях. Она запахивает цветной халат и всматривается в лицо Марии Владимировны. — Вы кто такая? И почему кричите в шесть утра в подъезде? Все нормальные люди ещё спят, вообще-то!

— Вы живёте рядом с потаскухой, она спит с кем попало, а потом пытается повесить нагулянного ребёнка на моего сына! Да как вы вообще можете терпеть таких соседей?

— Женщина, успокойтесь, — Вера Степановна подходит к нам, встаёт передо мной, закрывая меня спиной. — Вы ведёте себя как сумасшедшая. Вашему сыночку что, нет восемнадцати? Поэтому и прибежали сюда?

— Что за глупости вы говорите?

— А тогда объясните мне, что вы здесь устроили. Я не знаю, отец он или нет. Но они с Аней взрослые люди, умеют говорить и смогут сами разобраться, без вашего участия.

Мария Владимировна меняется в лице, она часто и глубоко дышит, берёт себя в руки и гордо смотрит на Веру Степановну.

— То, что здесь происходит, не ваше дело!

— Моё! Если меня разбудили крики в подъезде, то это моё дело! И я хочу, чтобы вы сейчас же убрались отсюда! Иначе вызываю полицию, пусть она разбирается! — Вера Степановна достаёт мобильник и начинает набирать номер.

Мария Владимировна не теряет лица, но заметно, что она занервничала.

— Думаю, ты меня услышала, — она достаёт визитку и протягивает её мне, но берёт Вера Степановна. — Жду звонка до конца дня. Иначе пеняй на себя!

Она разворачивается и с горделивой осанкой медленно уходит, а Вера Степановна запихивает меня обратно в квартиру.

— Мила спит, — шёпотом произношу я, и мы прокрадываемся на кухню. После такого “доброго” утра меня всю потряхивает.

— Ну и что это за пигалица? — Веру Степановну тоже передёргивает от злости. — Возомнила о себе, чёрт знает что! Думает, что она пуп земли!