Книга Сделка с боссом. Опасная игра, страница 87 – Татьяна Никольская, Ника Лето

Богдан

Мы приезжаем в промзону раньше положенного. На сорок минут.

Это наше главное преимущество. Тихий ждёт меня к назначенному часу, рассчитывает, что я буду мешкать, нервничать, собираться с духом, перебирать варианты, терять время впустую. Он не знает, что я уже здесь. Что мои люди рассредоточились по периметру, перерезая нити его паутины.

Серые корпуса складов выстроились в бесконечную шеренгу, крыши теряются в темноте, редкие фонари мигают, создавая зловещую игру теней. Идеальный антураж для решающего боя. Почти как в кино.

Я стараюсь не думать о том, что Тихий мог сделать с Алёной. Не могу впадать в панику, не могу чувствовать. Не сейчас. Сейчас я должен быть функцией. Просто инструментом, который делает свою работу. Чёртовым спасителем, который бросается на амбразуру без единой лишней мысли, потому что любая лишняя мысль — это промедление. А промедление — это её смерть.

Всё остальное потом. Мои ребята вытащат её. И это самое главное.

— Чисто, — голос Кирилла в наушнике звучит едва слышно. — Северный вход. Двое охранников. Уложили тихо.

— Южный тоже, — подключается Антон, и я удивляюсь его спокойствию. Программист, который никогда прежде не участвовал в таких делах, не бывал в погонях и перестрелках, сейчас действует как профессионал. Жёстко, собранно, без паники. — Камеры отключены. Замки взломаны. Движение свободное.

— В центральном корпусе трое, — докладывает ещё один голос, наёмник, которого Кирилл привёл из своих старых контактов. — Вооружены, но расслаблены. Не ждут гостей.

— Убирайте, — командую я. — Тихо. Без шума. Ни одного выстрела. Если услышат — всё сорвётся.

Мы продвигаемся внутрь, как тени. Сливаемся с темнотой, с бетонными стенами, с ржавыми трубами, тянущимися вдоль коридоров. Моё сердце стучит гулко, требовательно, но руки не дрожат. Дыхание ровное, размеренное. Взгляд холодный.

Дядя учил меня этому годами. Учил отключать эмоции, когда на кону жизнь. Учил, что паника — это первый шаг к поражению, а спокойствие — оружие сильнее любого пистолета. Сейчас этот навык нужен мне как никогда.

Первая пара охранников встречается нам в узком проходе между контейнерами. Они курят, перебрасываются ленивыми фразами, даже не смотрят по сторонам. Настолько уверены в своей безопасности. Мои люди берут их синхронно, без единой команды: двое на каждого. Глухие удары, короткое хрипение, и тела оседают на бетон, даже не успев понять, что произошло.

— Связывайте, — шепчу я, уже проходя мимо. — Рты заклеить.

Пробираемся дальше. Попадаем ещё на двоих у входа в главный корпус. Эти уже настороже, вглядываются в темноту, держат оружие наготове. Но не ждут нападения с тыла. Кирилл подбирается сзади, бесшумный, как кошка, зажимает рот одному. Второй замечает движение, открывает рот, чтобы крикнуть, но не успевает. Я бью его в лицо, вкладывая в удар всю тяжесть тела, всю ярость, что копится внутри. Он валится на землю, не издав ни звука.

Хорошо. Пока всё идёт по плану.

— Наш человек доложил, что Алёну держат в подвале, — говорит один из наёмников, подбегая к нам бесшумной тенью. — Здесь. Тихий сейчас с ней. Один.

Внутри всё мгновенно закипает. Тихий с ней. В подвале. Один на один. Я представляю его руки на её теле, его голос, его дерзкую сальную усмешку, и меня захлёстывает волной ярости. Слепой, животной, почти неконтролируемой.