Книга Чудо для Hot-табыча, страница 2 – Влада Ясная

Нижний уже заждался моего внимания и дерзко поигрывает ягодицами. Вот же непослушная задница! Плеть рассекает воздух и приземляется ему на одну половинку. Тот тихо стонет. Что, мало в детстве пороли? Теперь надо за бешеные деньги наверстывать упущенное?

А этот, с пронзительным взглядом, будет тихо стонать или рычать от возбуждения? Каков он на ощупь? По надменному взгляду сразу ясно — он из нагибателей и эксплуататоров. Но к экспериментам, видимо, открыт… раз уж он здесь.

На коже проступает ярко-розовая полоса — близнец еще нескольких от предыдущих ударов.

— Заткнулся, — шипя, бросаю ему и для острастки касаюсь каблуком под ребра. — Жалкий слюнтяй.

С еще несколькими взмахами плети ровные росчерки перекрещиваются под острым углом. Теперь спину ничтожества покрывают аккуратные ромбы, будто отпечатки крупной сети: один к одному. Сразу видно — работа мастера. Люблю смотреть на эти росчерки. Четкие ровные грани — моя гордость. Так я подписываю почти все свои работы. Никто не уйдет от меня без автографа.

Нижний опять мычит и ерзает. Его спина лоснится от пота. Нарочно ослушался? Нарывается? Беру широкий ремень, складываю вдвое и щелкаю петлей в воздухе.

По залу прокатывается волна сладострастных вздохов. Все для клиента! Все для мамкиных шалунишек, измывающихся над своими подчиненными, для хамящих обслуживающему персоналу. Хотите шоу, девочки? Будет вам шоу. Разворачиваю нижнего на обозрение лучшей его частью — накачанной в спортзале задницей — студенточкам на зависть. Ударяю пару раз и слушаю блаженный выдох в кляп.

Ерзает, пытаясь стереть пот со лба, и стискивает зубы — на аккуратно выбритых висках вздулись вены. Хочешь еще? Будет тебе еще.

Но вместо затылка нижнего вижу черные волосы и пронзительно глубокие глаза из вип-ложи. Не могу отделаться от ощущения, что мы уже знакомы, хотя никогда не встречались раньше. Чувствую, как его взгляд ощупывает мою фигуру, и краснею от возбуждения. Внутри все закручивается в тугой узел, набухшие соски скользят по кожаному снаряжению. Не могу больше сдерживаться.

— Ну все, ты меня достал сегодня! — визжу сама не своя. Кончики ушей нижнего наливаются краской, как бока земляники. Предвкушает. — Ты сегодня недостоин даже лизнуть моего каблука.

Вытаскиваю кляп, обильно смоченный слюной, изо рта проказника. Пора ему подать голос и начать меня упрашивать. И он послушно и задушевно хнычет, канючит и тянет свои шаловливые ручонки с салонным маникюром к моим ногам. А я припоминаю фразочки, какими нас охаживал начальник на планерках. Вот уж кому бы стоило побывать на моем месте! Но сейчас я сдерживаюсь. Не хочу скатываться в пошлость.

Уф! Опять меня накрыло. Нижний уползает в экстазе, на дрожащих руках, с подгибающимися коленями. Значит, на приват не позовет — босс будет недоволен. Черт! Каждый раз на сцене сносит башню напрочь. Плакала моя премия за квартал! Ох, некстати я сегодня дракошу разбила. К неудаче.

Я спускаюсь со сцены в зал, обессиленная глотнуть воды, поработать с публикой. Чувствую спиной горячий взгляд. Взгляд, полный страсти, соблазна и опасности.

Воздух наполнился ароматом тянущегося табачного дыма, который создавал атмосферу непринужденной дружеской беседы. Устроившись в удобных креслах, мы перекидываемся мало значащими фразами, этакий смолток, прежде чем начать обсуждение деловых вопросов.