Книга Развод. Ты мое спасение, страница 61 – Мира Спарк

— Опыт хороший, — говорит. — Но у нас позиция линейная. Не руководитель.

— Я понимаю, — киваю.

— Не уйдете через месяц, когда найдете что-то получше?

Качаю головой.

— Мне нужно работать. Здесь и сейчас. И я умею работать. Не важно — руководителем или менеджером.

Она смотрит еще несколько секунд. Потом кивает.

— Оклад тридцать пять плюс процент. Испытательный срок — месяц. Устраивает?

Устраивает ли? Тридцать пять — это меньше, чем я получала десять лет назад. Но сейчас — это больше, чем ноль.

— Да, — говорю. — Устраивает.

— Тогда в понедельник выходите, будем оформлять.

Выхожу на улицу.

Вечер обволакивает город. Ветер треплет волосы, и я улыбаюсь. Сама не знаю чему.

Уже во дворе дяди Костиного дома в кармане вибрирует телефон.

Достаю. СМС от банка.

«Зачисление: 1 200 000 руб. Отправитель: Ирина Викторовна С.».

Замираю. Смотрю на цифры. Столько, сколько я просила. Каждая копейка. Без торга, без условий.

Следом прилетает сообщение от мамы.

«Заявление чтоб забрала».

Надежда

Стою посреди двора, смотрю на экран. Миллион двести. Ровно столько, сколько требовала.

И странное дело — меня не накрывает: ни злости, ни облегчения, ни даже удивления.

Только спокойная, почти ледяная тишина внутри.

Сажусь на скамейку у подъезда. Кладу телефон рядом, смотрю на черные буквы сообщения.

«Заявление чтоб забрала».

Ни «здравствуй», ни «дочь», ни даже имени. Просто приказ.

Мать испугалась. Но чего? Заявления в трудовую инспекцию и прокуратуру — это серьезно, но не настолько, чтобы она выложила сумму без попытки сопротивления. Она бы торговалась, угрожала и попыталась давить...

А тут — тишина. Просто перевод и короткое распоряжение.

Значит, не заявление.

Кто-то нажал на нее. Кто-то, чьего слова оказалось достаточно.

Адам?

Мысль приходит сама, и я не отмахиваюсь, а рассматриваю ее со всех сторон.

Он сказал, что поговорит с ней. Сказал вчера, в больнице. И уже сегодня утром деньги у меня на карте, а мать требует забрать жалобы.

Но почему она его послушалась? Он для нее — просто бизнес-партнер, с которым она хотела вложиться в Дубай. Даже не партнер — потенциальный. Проект, на сколько я понимаю, так и не сдвинулся с места. Какие у него рычаги, чтобы заставить ее подчиниться?

Какие слова он нашел?

Я сжимаю пальцы. Они холодные, как и все внутри.

А если он всегда был кем-то большим? Если их знакомство — не случайность? Если появление Адама в моей жизни — это не мамина инициатива, а его?

Тогда зачем? Зачем ему я? Беременная, брошенная, с кучей проблем?

Логика не складывается. Но и отмахнуться от этого вопроса я больше не могу.

Раньше я бы испугалась. Сейчас — только холодная, колючая ясность.

Доверяться кому-то еще рано. Слишком рано. Я не знаю, кто он на самом деле. И пока не узнаю — каждый шаг в его сторону может оказаться шагом в пропасть.

Тревога обостряется, но вместе с ней приходит и странная сила. Будто чем меньше я могу контролировать, тем больше должна полагаться только на себя.

В голове проясняется.

Я знаю, куда мне нужно.

Родительский дом. Тот, где я выросла и который я считала «нашим»... Там папа хранил свои бумаги, и, возможно, остались ответы.

Если простые объяснения и существуют — они там. Мать утром будет по делам разъезжать. Я могу успеть.

Утром я просыпаюсь раньше будильника. Солнце только начинает золотить края штор.