Книга Я тебя (не) забуду, страница 88 – Татьяна Никандрова

Как я и думала, Кирилл крайне щепетильно относится к процессу подготовки и стерилизации рабочего места. Обеззараживает все, что можно обеззаразить, и покрывает защитной пленкой все, что можно защитить.

Я вызываюсь ему помочь, но натыкаюсь на решительный и безапелляционный отказ. Мол, доверься мастеру, я все сделаю сам.

Когда спустя полчаса я наконец оказываюсь на кушетке под ярким светом лампы, меня охватывает волнение. Но опять же — не из-за грядущей татуировки, а из-за уязвимого положения, в котором я нахожусь.

Но мне нет одежды. Ни единого клочка.

В то время как сам Кирилл собран и полностью одет. Даже не знаю, как так получилось…

— Может, мне стоит хотя бы лифчик надеть?.. — лепечу я.

— Зачем? — насмешливый взгляд поверх натянутой на нос медицинской маски. — Так гораздо лучше.

— Но…

— Расслабься, Влада, — его спокойный голос вводит в своего рода транс. — И доверься мне.

Откидываю голову обратно на кушетку и медленно выдыхаю через рот.

Он прав. Я должна довериться. Как делала уже не раз.

Сначала чувствительной кожи над лобком касается прохладный и немного влажный кончик маркера. А уже через минуту я слышу гул татуировочной машинки.

— Не бойся, — инструктирует Кирилл. — Я буду осторожен.

Снова улыбаюсь. Кажется, я где-то это уже слышала.

Первое прикосновение иглы — и сразу боль. Острая, но совсем не сильная. Скажем так: когда я лишалась девственности, было больнее.

— Ай! — вылетает из меня приглушенное.

— Терпимо?

— Вполне.

— Это будет быстро, — обещает мой мастер.

И действительно, проходит совсем немного времени. Кирилл выключает машинку. Распрямляется. И, склонив набок голову, принимается рассматривать свое творение.

Приподнимаюсь на локтях и тоже устремляю взгляд вниз.

«Моя»

Первая эмоция — шок. У меня на теле татуировка! Та самая! Которая навсегда!

Вторая — восхищение. Надпись маленькая. Аккурат у подвздошной кости. Под линией трусов. Сделана тонко и красиво. Кто бы мог подумать, что у Кирилла такой каллиграфический почерк? А крошечное, едва заметное сердечко в конце? Разве это не мило?

Накрываю рот рукой, пытаясь справиться со шквалом чувств. Смотрю на Кирилла. Его взор тоже прикован к моему лицу. Изучает. Оценивает.

— Ну как? — едва слышно.

— Красиво…

— Не слишком большая?

— Нет. В самый раз.

Он сдергивает маску с лица. Склоняется над моим животом. Удовлетворенно улыбается. А затем мягко приникает к рисунку губами и застывает на несколько мучительно прекрасных секунд.

Кожа там воспалена и все еще горит, но его прикосновение приятно. И даже действует как своего рода анестетик.

— Кирилл…

— Знаешь, ты сделала меня счастливым, — признается.

— А ты меня.

Его рука поглаживает мое бедро. А потом медленно перемещается по внутренней стороне к самому чувствительному месту…

— Погоди! — перехватываю его пальцы, мгновенно считав порочное намерение. — Я хочу посмотреть на татуировку со стороны!

Спрыгиваю с кушетки и шлепаю к большому настенному зеркалу. В масштабе моего тела татуировка и впрямь малюсенькая, но от этого она мне лишь больше нравится. Никакой пошлости — настоящий шик.

— Надо сфотографировать, — резюмирую я, любуясь своим отражением.

— Для моего портфолио? — глумится Кирилл.

— С ума сошел? Для личного архива!

Бегло натягиваю валяющиеся на диване стринги и лезу в сумочку за телефоном. Я уже вовсю фантазирую, в каком ракурсе сфотографирую свой маленький нательный секрет, когда пальцы, сжимающие телефон, резко каменеют. И всколыхнувшаяся тревога удавкой стягивает шею.