Книга Последний Охотник на Магов. Том 4, страница 66 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Когда твой отец вживил мне силу — открывать порталы в тёмный мир, Владимир, — рассказывал Ярослав Пересветов, — на какой-то промежуток времени я потерял контроль над этой магией. Меня бросало туда-сюда, из нашего мира в альтернативный. Однажды из-за такого броска я застрял в Тёмном Мире на несколько недель.

— Недель⁈ — удивился я. — И он тебя не переварил?

Я вспомнил мать Анастасии Антарктьевой. Она была колдуньей, поэтому Тёмный Мир исказил её до такой степени, что её трудно было назвать фобом или человеком. Женщина стала жутким несуразным монстром.

— Он пытался это сделать, — кивнул Ярослав. — Но, когда я уже совсем отчаялся и решил принять свою смерть, ко мне пришло понимание. Я осознал, что Тёмный Мир — не враждебен. Моя магия слилась с его энергетическими потоками. Возможно, это произошло из-за тёмной портальной магии. А возможно — он просто избрал меня, как своего представителя в этом мире. И тогда я осознал его суть. Тёмная Магия не сводит людей с ума. Она лишь освобождает истинную сущность человека.

Я слушал этот бред и с большим трудом старался не кривиться от отвращения. Все эти сказки о выходе человека на новый уровень, о его становлении высшим существом — полная чушь. Тёмные маги — это люди, которые не смогли одолеть свои страхи. Которые поддались большой силе и продали за неё свой рассудок.

— Когда я вернулся из Тёмного Мира, то рассказал своему брату Александру правду о том, что из себя представляет эта реальность, — продолжил Ярослав. — Он проникся моими историями. Тогда-то мы и решили, что изменим этот мир. Уберём все запреты, снимем все оковы. Дадим людям магию, которые они заслужили. Не только дворянам, но и простому народу.

Пересветовы были такими же, как и все тёмные маги. Разве что иллюзионист Александр, возможно, не был тёмным магом. Вероятно, его скверна не коснулась. Но своим безумием брат его точно заразил.

Решили они убрать запреты, значит? Ускорить катастрофу — вот, что у них на уме. Заполнить наш мир фобами и безумными магами. Стереть всё то, за что боролись отражатели.

— У меня только один вопрос, — произнёс я. — Вашего отца — Роберта Андреевича Пересветова… Это ведь вы убили его?

Я знал, что это сделали они. Но мне хотелось знать, что они думают по этому поводу.

И без того болезненное лицо Александра скривилось ещё сильнее. Ярослав же выслушал мой вопрос спокойно.

— Да, это сделал я, — признался Ярослав. — Отец был главным сдерживающим фактором в нашей операции. Он догадывался, что я плету интриги за его спиной. Но он не раскрыл меня, поскольку боялся потерять ещё одного сына. Закрывал на всё глаза. Только ему было невдомёк, что уже поздно заботиться обо мне. Сколько мы с Александром себя помним, столько он и попрекал нас во всём. Мы вечно не оправдывали его ожиданий. Он полагал, что мы уже с детства должны готовиться к сражению с фобами. Знаешь, что он однажды сделал, Владимир? Покажи ему, Саш.

— Не стоит, Ярослав, — замотал головой Александр.

— Я говорю — покажи ему, — потребовал брат.

Странно. Человек, который скрывался под маской Мастера Тайн, теперь казался мне куда более хрупким и ранимым. А вот его брат, который всё это время был рядом со мной, показал лицо истинного безумца.

А ведь весь город знает Ярослава под именем Александра Пересветова — непревзойдённого борца с фобами первого ранга. Рыцарь в сияющих доспехах, дьявол его подери.