Книга Последний Охотник на Магов. Том 2, страница 29 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Мы искренне просим прощения у всей вашей семьи!

По щекам матери потекли слёзы. Аня и Сергей открыли рты и не могли проронить ни слова.

— Поднимитесь, Серебряковы, — приказал я, а затем обратился к Сергею. — Брат, будь добр, отнести в дом все кейсы, что они принесли. Они нам, мягко говоря, пригодятся.

Серёжа решил не задавать лишних вопросов и приступил к делу.

— Володенька, а что в них? — спросила мама.

Её голос дрожал так, будто она боялась услышать ответ.

— Три миллиона, — ответил я. — Та малая компенсация, которую они могут себе позволить.

Аня подхватила маму под руки, чтобы та от удивления не потеряла сознание.

— Всё хорошо, мама, Аня, — успокоил я женщин. — Тёмные времена Беловых закончились. Теперь наша жизнь кардинально изменится.

— Мы… Можем идти? — аккуратно спросил меня Серебряков.

— Можете, — ответил я. — Но перед этим последнее указание.

— Что… будет угодно? — выдавил из себя Семён Андреевич.

Ему было ой как непросто привыкнуть быть подчинённым. Ничего, пусть входит в новую роль. Заслужил.

— Один миллион рублей вернётся к вам, — сказал я.

Серебряковы заулыбались так, будто я сделал им самый лучший подарок.

Но я поспешил их разочаровать.

— Ваша семья ведь владеет многими строительными компаниями, верно? — продолжил я. — Используйте этот миллион на реставрацию нашего особняка. Я хочу, чтобы уже завтра вы приступили к работе.

Глупые ухмылки исчезли с их лиц. Они понимали, что больше им меня не обмануть. И даже с ремонтом не накосячить по собственной воле. Удобная штука — эти клятвы.

— Как будет угодно, Владимир Алексеевич, — неохотно ответил старший Серебряков.

И на этом этот безумный день подошёл к концу.

Этим вечером мы праздновали безоговорочную победу. Вражда с Серебряковыми была окончена, и Беловы, наконец, обрели свободу. Такого пира у нашей семьи не было уже давно. А, может быть, и никогда.

Впервые мама с сестрой не горбатились у плиты, чтобы накормить родню. Я решил, что по такому поводу мелочиться не стоит, и оплатил услуги повара, что работал в одном из ближайших ресторанов.

Сытые и уставшие от переживаний мама и Аня уснули раньше всех. Мы с Сергеем ещё долго сидели на веранде и разговаривали о жизни и о дальнейших планах.

Я не стал посвящать его во все свои амбициозные идеи, хоть таковых у меня было очень много.

В первую очередь я собрался разделить полученную сумму на три равные части. Миллион — на ремонт дома. Ещё один — на личные сбережения и прочие траты семьи. И, наконец, последнюю треть я был намерен вложить в развитие своего дела.

Мы с Бродским заложили добротное, хоть и крайне новичковое начало новой алхимической промышленности. Но этого мне было мало. Это дело нужно было сделать чем-то большим. Чем-то, что захватит умы всех людей в Санкт-Петербурге. А быть может, и за его пределами.

Но мысли об этом я решил отложить на потом.

— Володь, я должен поблагодарить тебя, — неожиданно заявил Сергей, прервав нашу с ним мирную беседу.

— Даже не думай, — отмахнулся я. — Я — не чужой человек. Я — твой старший брат и глава нашего рода. То, что я сделал сегодня — было моим долгом.

— И всё же, Володь, спасибо, — повторил Сергей и улыбнулся. — Ты не представляешь, как я горжусь тем, что у меня есть такой старший брат.

Я не смог ничего ему ответить, поскольку всего меня переполнили трепетные чувства. Я был по-настоящему счастлив. Эта семья стала мне тем недостающими звеном, которого мне всегда не хватало.