Книга Чокнуться можно! Том 2, страница 29 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Завхоз криво усмехнулся. Он даже не пытался скрыть, что кран и трубы сейчас интересуют его меньше всего на свете.

— Трубы, Алексей Сергеевич, это само собой. Потом гляну, на всякий пожарный. Тут дело вот в чём… Мне бдительные граждане донесли… Ваша соседка с первого этажа позвонила, Тамара Степановна. А она женщина уважаемая, я ей доверяю. И она сообщила мне, будто видела, как вы какую-то девушку сомнительного вида с чемоданами в государственную квартиру заводили. А у нас тут не гостиница, доктор Астахов.

Уж кто бы говорил! Эта квартира в принципе изначально использовалась как место для свиданий. Только Копылов, видимо, не влезал в эти дела, поскольку в противном случае получил бы от главного врача по шапке.

Завхоз сделал шаг вперёд, его глаза забегали по квартире. В этот момент дверь скрипнула. Из ванной комнаты вылетело облако пара, а затем появилась сама Лена. Она была укутана в мой домашний халат, который был ей явно не по размеру. Девушка в нём чуть ли не тонула.

— Ой… — заметив Копылова, вздрогнула Лена.

— Так-так-так, — завхоз аж на табурет присел от восторга. Затем достал из кармана старый блокнот и принялся в нём что-то фиксировать. — Ну что, Алексей Сергеевич, будете как-то оправдываться или сразу отдадите ключи? Пункт двенадцатый нашего договора. Забыли? Я вам его в прошлый раз лично зачитывал.

Что ж, повеселились и хватит. Пора это дело заканчивать. Я активировал «Взлом эмпатии».

/АКТИВАЦИЯ: трансляция уверенности. Подавление агрессии оппонента/

Я шагнул вперёд и тем самым оказался в личном пространстве завхоза. Как показывает практика, оппонента это обычно лишает ментальной опоры.

— Эдуард Альбертович, — строго сказал я. — Посмотрите на меня. Только внимательно.

Копылов заморгал. Попытался что-то вставить, но не смог. Я сбил его мысли своим взглядом.

— Вы только что обвинили меня в нарушении договора, — не моргая, продолжал говорить я. — Но на деле ситуация иная. Лично я сейчас вижу перед собой человека с явными признаками острого невроза. Скорее всего, на почве хронического недосыпа. Как вы там назвали соседку? Тамара Степановна? Я её уже видел. И заметил, что у неё тоже есть ряд проблем. Другими словами, вы устроили в моей квартире обыск посреди ночи только потому, что вам позвонила старушка с прогрессирующей деменцией?

— Какой-какой деменцией? — заикнулся завхоз.

/Аура превосходства начала тускнеть, сменяется тревожным фиолетовым цветом/

— Обыкновенная деменция. Старческая забывчивость и домыслы. Которые вы, кстати, поощряете, — я сделал ещё один шаг вперёд. Копылов, сам того не заметив, вжался спиной в дверной косяк. — А в ванной у нас — Елена Игоревна. Она — волонтёр-дизайнер, которая по просьбе главного врача готовит проект в одном из наших отделений. И приехала она так поздно, потому что я только что вернулся с тяжелейшего вызова в Красных Ключах.

Он не будет проверять, правда это или нет. Я в этом уверен. Он не станет лезть к главному врачу с такими вопросами, чтобы не выставить себя идиотом.

Однако позже я всё равно перестрахуюсь. Есть у меня пара идей на этот счёт…

Я краем глаза заметил, как Лена открыла рот, но тут же его закрыла.

Молодец. Быстро сообразила, что влезать в этот разговор не стоит.

— Я разместил её здесь, чтобы завтра в восемь утра она была в кабинете у руководства с готовыми эскизами. Вы что, хотите сорвать это распоряжение? — я надавил на него ещё раз. — Вы хотите объяснить главному врачу, почему из-за вашего синдрома вахтёра сорвался проект, утверждённый областным центром?