Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 18, страница 32 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Из-за чего же оно так упало? Какую конкретно ошибку допустил Саката?

Проклятье! Эта ситуация вывела меня из себя. Я впервые за долгое время чувствую такую кипящую злость. Я передал хирургическому отделению пациента для плановой операции. И что в итоге? Его вернули назад ко мне. Но уже в состоянии, которое граничит чуть ли не со смертельным исходом.

Что ж, ладно, с Сакатой Йотеем я разберусь уже после того, как вытащу своего пациента.

Когда я приступил к обследованию его брюшной полости, в моей голове невольно всплыли воспоминания о том, что говорил друг Дайго Рэна до того, как отправился в хирургическое отделение.

Он ведь говорил мне, что у него больные родители, за которыми нужен уход. Ради этого он и обратился к нам, чтобы мы нормализовали его здоровье и позволили комфортно работать.

Это ещё хорошо, что Абараи вовремя откачали. А если бы сотрудникам хирургического отделения это не удалось? Семья осталась бы без кормильца!

Погодите-ка… А что он вообще делает в реанимационном отделении? Почему его направили ко мне? Нет, я понимаю, что это даже к лучшему. Я могу помочь ему лекарской магией.

Но почему его не оставили в хирургии? У них есть своя отдельная реанимация, в которой работают медсёстры, специализирующиеся на уходе за больными после операции. Они что же, полагают, что терапевты и их медсёстры будут проводить перевязки?

Какой-то бардак! До появления Сакаты Йотея хирургическое отделение всегда работало идеально. Единственное, что за этот год пошло не так — это сальмонеллёз, с которым заведующий отделением — Ясуда Кенши — продолжал работать, пока эту ситуацию не раскрыли мы с Окабэ Акирой. Происшествие, конечно, тоже не очень профессиональное, но всё же безобидное в сравнении с тем, что творит Саката.

Итак, поражённую часть сигмовидной кишки удалили. Положение толстого кишечника немного изменили и сшили два конца. Получается, что в каком-то смысле прямую кишку подшили напрямую к нисходящей ободочной кишке.

В плане техники выполнения этого этапа операции всё в порядке. Однако я вижу, что в брюшной полости осталось много крови. Она затекла в отлогие участки, скопилась в складках брюшины.

Какого чёрта⁈ Он что, даже кровь не эвакуировал? Да ведь в таком случае вскоре могут образоваться спайки. И крови почему-то слишком уж много. Будто…

Ага. А вот и её источник. Неподалёку от этой зоны находится одна из самых важнейших артерий нижней половины тела. Левая подвздошная. Давление в этом сосуде, мягко говоря, немаленькое. И, судя по швам, Саката Йотей умудрился её повредить. То есть вызвал артериальное кровотечение. Теперь понятно, почему произошла остановка сердца. Резкое падение давления, затем рефлекторная реакция сердечно-сосудистой системы, которая и привела к ухудшению работы миокарда.

Но как он мог попасть по этому сосуду? Да, он находится неподалёку, но не вплотную же к сигмовидной кишке! Такое ощущение, что у хирурга соскользнула рука.

Повезло ещё, что кровотечение вовремя остановили. Иначе бы пациент погиб в течение получаса. Если не быстрее.

Я стимулировал рост сосудистой стенки, затем вызвал распад всех клеток крови, которые оказались в брюшной полости. Пришлось потрудиться с биологически активными молекулами, чтобы те не привели к воспалительному процессу или тромбообразованию.