Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15, страница 70 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

И у меня появилась мысль на тему того, как можно подкопать под якудзу и семью Фува в частности.

Ох и нехорошо же так поступать… Но с другой стороны, как-то с бандитами бороться в любом случае надо. Да, я собираюсь его обмануть, но лишь отчасти. И вовсе не ради вреда ему или его соратникам.

А ради освобождения моей клиники от гнёта якудзы.

— Я — не бог, Фува-сан, — прямо сказал ему я. — Однако это действительно я помог вам вернуться к жизни.

В целом, в моих словах практически нет ни капли лжи. Он уже был на грани смерти, и я его спас. Правдой тоже можно манипулировать в своих целях. А с такими, как члены семьи Фува, только так и можно воевать.

— Я уже всё понял, Кацураги-сама, — вновь поклонился он, но на этот раз на колени падать не стал. — Я очень виноват перед вами. Как видите, я даже отпустил всех своих подчинённых. Я перед вами абсолютно беззащитен. После того, что вы сделали, моя жизнь теперь в ваших руках. Если хотите — можете меня убить. Если пожелаете — я сам сделаю сэппуку… — Шихей потянулся к поясу, где у него был спрятан нож.

— Нет! — воскликнул я. — Не смейте вредить себе.

— Желаете сделать это сами?

— Опять же — нет, — повторил я.

Такое впечатление, что Фува Шихей постепенно отдаётся шизофрении, но «психоанализ» говорит, что он в полном порядке. Скорее всего, сятэйгасира просто отдался какому-то религиозному трансу после того, что случилось с его сознанием в короткий период клинической смерти.

А вот теперь — самое время рискнуть.

— Я не хочу, чтобы вы вредили себе, — произнёс я. — И в то же время мне не хочется, чтобы вы причиняли боль другим людям. Понимаете, о чём я говорю, Фува-сан?

— К-кажется… Погодите… — замялся он. — Вы хотите, чтобы я покинул якудзу⁈

О-о, быстро же он пришёл в себя! Однако в его голосе нет агрессии. Он всё ещё считает меня своим авторитетом. И мне придётся этим воспользоваться. Ранее я завербовал нескольких сятэев — младших братьев якудзы. Затем у меня возникла мысль добраться до кёдаев, но я даже не думал, что уже в ближайшее время смогу взять под контроль сятэйгасиру — младшего лейтенанта.

А он не просто лейтенант. Он — младший сын оябуна. Родной сын. Через него я смогу влиять на семью Фува. С этого момента Шихей станет моим главным козырем.

— Я не хочу, чтобы вы покинули якудзу, Фува-сан, — покачал головой я. — Однако взамен за спасение вашей жизни я хочу, чтобы вы больше никогда не вредили кому-либо. Не отбирали чужие жизни. Боги уже наказали вас за то, что вы вели такой образ жизни. Скажите, скольких людей вы убили до этого?

— Я… Я не помню, — с трудом сдерживая слёзы, произнёс он.

Пытался сдержаться, но не смог. В итоге всё равно разрыдался. Понял, что испытывали те люди, у которых он отбирал жизнь. Испытал это на собственной шкуре. В итоге я даже без «психоанализа», «харизмы» и «контроля» смог полностью переформатировать его сознание.

— С этого момента вы будете слушаться меня, Фува-сан, — прямо заявил я. — Ищите нам новых последователей среди своих людей. Тех, кто больше не хочет убивать. Но делайте это тайно. Никто не должен знать об этом.

— Да… Да, я вас понял, Кацураги-сама! — закивал он. — Я буду предельно аккуратен. Даю своё слово.

После этого Фува Шихей покинул мою клинику. Я сделал ещё один крайне рискованный шаг. Сложно сказать, как поведёт себя дальше переживший клиническую смерть пациент. Может, он уже через несколько дней опомнится и решит, что я им манипулирую. Такое тоже нельзя исключать.