Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14, страница 82 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Я сама подробностей не знаю, поскольку родители умерли один за другим, когда мне было всего четыре года. Я их толком даже не запомнила. Сначала умерла мать от какого-то острого заболевания. Ей было всего лишь двадцать два года, когда это случилось. А отец, как мне объясняла бабушка, начал пить, и в конечном итоге его забили до смерти какие-то отморозки на улице. Связался с плохой компанией, чтобы прокормить семью.

Так… Но, судя по её истории, отец девушки изначально был здоров. Вопрос в том, чем болела её мать? Скорее всего, у неё как раз и была серповидно-клеточная анемия. Вот только совсем в другой форме. Не та, что у дочери.

— А что-нибудь ещё вы о своей матери помните, Харухата-сан? — спросил я. — Точные симптомы, анамнез заболевания из жизни?

— Я её вообще почти не помню, — ответила она. — Но бабушка много раз упоминала, что моя мать была не из Японии. Якобы она сбежала из какой-то другой страны, после чего встретила моего отца, и тот решил приютить её у себя.

Теперь всё точно встаёт на свои места. Скорее всего, мать Харухаты Касико страдала от гомозиготной серповидно-клеточной анемии, потому и умерла в столь раннем возрасте от множества осложнений.

Гомозиготная анемия — это форма генетического заболевания, в которой патологические гены наследуются сразу от двух родителей. Это если объяснять совсем простыми словами. На деле всё гораздо сложнее.

Если мать Харухаты Касико была гомозиготной, а её отец полностью здоровым, значит, сама девушка в итоге является гетерозиготной. То есть признаки заболевания в ней проявляются лишь наполовину. Именно поэтому в её случае симптомы серповидно-клеточной анемии начали появляться гораздо позже. В детстве она чувствовала себя хорошо, а спустя два десятка лет ей не повезло столкнуться со всем спектром проблем, которые дарует эта болезнь.

Возможно, её заболевание сдерживают так же и лекарские силы Харухаты Касико, которые она, вероятнее всего, унаследовала по отцовской линии. Раз её бабушка всю жизнь работала в качестве мико в храме Мэйдзи, значит, и её предки занимались тем же. По крайней мере, это было бы логично.

А мико всегда считали колдуньями, шаманками и целительницами. В конечном итоге Харухата унаследовала от своих предков сразу два прямо противоположных качества. Генетическое заболевание и лекарские способности жрицы.

Что ж, обманывать её мне нет смысла. Придётся выражаться прямо. Вряд ли она воспримет новую информацию в штыки, учитывая то, что ей самой довелось пообщаться с богиней солнца несколько дней назад.

Точно… А ведь я могу помочь ей не только за счёт лечения. У меня есть возможность дать девушке гораздо больше. Так я точно сдержу своё обещание. Лучше я принесу ей пользу с избытком. В конце концов она сама окажется полезной для меня, и Аматэрасу более охотно пойдёт на новую сделку, если мне снова понадобится помощь в виде божественного вмешательства.

— Харухата-сан, так уж вышло, что вы оказались не в обычной клинике, — прямо сказал я. — Вы, скорее всего, пока что даже не осознаёте, каким потенциалом обладаете.

— Аматэрасу-сама намекала на это, — ответила Харухата Касико. — Но я так и не поняла, что конкретно она имела в виду. Однако, как только мы вошли в эту клинику, я сразу почувствовала, что в этом месте… Очень много сильных людей.