Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 13, страница 109 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Так уж вышло, что я вообще не боюсь пациентов. Через меня иногда и по семьдесят человек проходят. Если бы я боялся каждого, уже давно бы оказался в психиатрическом отделении, — отшутился я.

— Ладно… Дело в том, Кацураги-сан, — несмотря на возникший конфликт, начал он, — что меня уже несколько недель беспокоит боль в горле. Обычно я стараюсь следить за собой. Сдаю анализы и сразу же принимаю все необходимые меры. По-другому я действовать не могу, поскольку у меня болезнь Дункана. Уверен, вы знаете, что это такое.

О-о-о… Вот теперь ВСЁ встало на свои места. Я ошибся, тут дело не в психиатрии. Первичный иммунодефицит! Врождённое заболевание, которое приводит к полному отключению иммунной системы. Иногда в организме такого пациента циркулирует хотя бы минимальное количество защитных клеток, но пользы от них никакой нет.

— Простите, что отхожу от темы, но мне нужно знать это, чтобы лучше понять ваше заболевание, — произнёс я. — Вы постоянно скрываетесь от людей именно из-за этого диагноза?

— Разумеется, — коротко ответил он. — А вам кажется это странным?

— Нет, я считаю, что это единственный способ сохранить ваше здоровье. Учитывая состояние вашей иммунной системы, никак иначе эту проблему не решить, — заключил я.

Люди редко слышат о наличии первичных иммунодефицитов. Большинство знает только о вторичном, к примеру — о СПИДе. Но в мире есть много людей, которые с самого рождения пытаются выжить, имея тело, в котором практически нет иммунной системы.

Есть такая популярная история. О пациенте, которого называли «мальчик в пузыре». У него был абсолютно нулевой иммунитет, поскольку родился мальчик с серьёзным генетическим нарушением. В итоге он прожил в специальном герметичном медицинском пузыре двенадцать лет. Но в конечном счёте умер, поскольку однажды всё же выбрался в наружный мир.

У моего нынешнего пациента всё не так плохо. Я уже изучил его кровяные клетки с помощью «анализа». Однако нарушения в них не такие критичные, как у того парня. Но если айтишник будет часто взаимодействовать с людьми вживую, с ним произойдёт то же самое. И, как я понял, он уже нарушил свои правила, поскольку в его теле начался мощный воспалительный процесс.

Защититься от микрофлоры других людей невозможно, если не соблюдать полную изоляцию. Даже если учесть, что окружающие люди абсолютно здоровы, у них среди естественных бактерий и вирусов всё равно найдётся огромное количество штаммов, которые могут серьёзно заразить человека с иммунодефицитом.

Один из моих знакомых микробиологов говорил довольно удивительную и крайне радикальную вещь, которая всегда удивляла студентов. Он заявлял, что люди никогда не смогут по-настоящему друг к другу прикоснуться. Якобы контакт кожи с кожей невозможен.

А всё почему?

Потому что нас окружает слой бактерий, которых мы даже не видим. И соприкасаемся мы своими микроорганизмами, а не кожей. Этот пример хорошо объясняет, почему больным иммунодефицитом опасно контактировать с другими людьми.

Да чего уж говорить о других людях? Пациент с таким заболеванием может и сам себя заразить собственными бактериями. Естественная микрофлора разрастается, создаёт огромную колонию, и та в итоге начинает захватывать организм, приводя его к серьёзным заболеваниям.