Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 11, страница 127 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Это — не проблема, я готов подписать, — ответил я.

— Тогда приступайте, — сказал генеральный директор и протянул мне лист с договором.

Я пробежался глазами по тексту. Никаких подводных камней в заявлении не было. О главном «камне» генеральный директор меня уже предупредил.

Я поставил свою подпись и передал документ Гебреусу. Он выглядел довольным.

— И последний вопрос, доктор Кацураги, — сказал он. — Лучше хорошо обдумайте, что я сейчас скажу. Поймите, если вы вступите в наш проект, назад дороги уже не будет. Выйти из него вы не сможете, если у вас не будет серьёзных оснований на этот счёт. А если всё же захотите уйти просто так, то случится то же, что и при нарушении договора о неразглашении. То есть — лишение лицензии.

— Так каков вопрос? — уточнил я.

— Учитывая всё, что я только что вам сказал, вы всё ещё готовы вступить в наш проект? — скрестил пальцы генеральный директор.

Что ж, назад дороги нет. Кажется, скоро моя жизнь ещё раз крупно изменится.

— Я согласен, доктор Гебреус. Можете вносить меня в список участников проекта, — ответил я.

Мой ответ его порадовал. Я прямо-таки физически почувствовал, как нервная система Теодора Гебреуса зажглась от прилива эндорфинов. Похоже, он действительно очень хотел, чтобы я прошёл это испытание.

— В таком случае, доктор Кацураги, проходите в зал ожидания. Как уже было сказано ранее, выйти из него вы не сможете, пока все участники не пройдут собеседование. Как только в зал зайдёт последний человек, мы ещё раз поговорим. Я расскажу членам нашего проекта о том, каковой будет наша главная задача.

Я покинул кабинет Гебреуса, и организаторы повели меня в зал ожидания. Краем глаза я заметил, как следом за мной в кабинет прошёл Купер Уайт.

Настала его очередь.

А в зале ожидания сидело уже два человека. Их я уже ранее видел. Кажется, это два терапевта из США. Я поприветствовал их, мы поздравили друг друга с победой, после чего расселись по свободным местам, ожидая следующих финалистов.

И через полчаса в зал вошёл Купер Уайт.

— Молодчина, — похвалил я, когда Купер присел рядом со мной. — Я не сомневался, что вы дойдёте до конца.

— То же касается и вас, Тендо, — улыбнулся он и тихо добавил. — Я тоже был уверен, что вы окажетесь в числе финалистов. Правда, несколько недель назад, когда мы узнали о способностях друг друга, я и подумать не мог, что в итоге мы оба будем сидеть здесь.

— Тише, не распространяйтесь на эту тему на людях, — попросил я.

Вскоре в зал вошло ещё два человека. Один темнокожий врач из Африки и… Игорь Щербаков — хирург из России.

— Ага! — улыбнулся он. — Значит, нам и вправду с вами не суждено разойтись, доктор Кацураги, доктор Уайт.

— Я тоже рад видеть вас в числе финалистов, — кивнул я. — Вот только вы, насколько я помню, были последним в списке. Значит, собеседование не прошли целых три человека? Нас здесь всего лишь шестеро.

— Похоже на то, — кивнул он. — Но, если учесть, какие вопросы нам задавали… Я могу понять, почему некоторые отказались от участия в проекте.

Через пару минут в зал вошёл Теодор Гебреус и несколько его коллег. Они тут же заперли дверь, после чего генеральный директор подошёл к столу, что я стоял напротив нас и сразу же приступил к подведению итогов.

— Во-первых, хочу поздравить вас всех, уважаемые коллеги, — сказал он. — Всем вам пришлось пройти непростой путь. Пять испытаний, которые оценивали все возможные способности, без которых не обойдётся ни один медик. И даже более того, вам приходилось отвечать на вопросы, которые вашей специальности никак не касаются. Всем вам выдадут сертификат и денежную премию за победу в олимпиаде. Однако главный наш вопрос состоит не в этом.