Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 09, страница 73 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Кровью, значит? Похоже, именно тогда и началось кровотечение из язв. И оно явно началось в кишечнике, а не в желудке. В противном случае, кал был бы чёрным, и несведущий больной вряд ли бы догадался, что перед ним окислённая желудочным соком кровь.

Я понял, что больше мы из женщины ничего не вытянем. Дальше на разговор с ней переключилась Тачибана, и Инодзаки Шихо начала ходить вокруг да около. Одно и то же: боль, температура, диарея, кровь. А потом состояние нормализовалось.

Это не болезнь Крона. Всю клиническую картину уничтожило одно слово.

Температура.

— Вы думаете о том же, о чём и я, Окабэ-сан? — обратился я к инфекционисту.

— Какая-то кишечная инфекция, — предположил он.

— Верно, инфекция.

— Но на брюшной тиф непохоже, — задумался мужчина.

— А это и не он, — помотал головой я, а затем обратился к членам консилиума. — Коллеги! Прошу подождать меня десять минут. Я ещё раз осмотрю пациента и вернусь. Кажется, я понял, что случилось с нашим больным.

Быстрым шагом я промчался до реанимационного отделения, куда уже завезли кушетку с Инодзаки, вернувшегося с МРТ головного мозга.

Ну что, «клеточный анализ»? Пришло время ещё раз тобой злоупотребить.

Эта сила жрала непомерное количество жизненной энергии, но возможности пожадничать у меня не было. Я пробежался взглядом по кишечнику Инодзаки, рассматривая каждую бактерию, что обитала в нём.

И нашёл кое-что. Но не бактерию, и даже не червя. Это было совсем другое существо, но по размерам оно почти не отличалось от любого микроорганизма.

Амёба. Простейшее — одноклеточное животное.

Сложно определить, как Инодзаки подхватил эту инфекцию, но теперь уже разбираться в этом нет смысла. Очевидно, мужчина умудрился где-то глотнуть загрязнённую воду. В отпуске или на выходных в какой-нибудь деревне Японии. Я будто снова в Индии оказался. Обычно такими заболеваниями страдают там.

И теперь мне ясно, что в кале была не просто кровь.

— Скорее всего, в кале были прожилки крови. И цвет у стула был малиновый, — с этой фразой я зашёл в конференц-зал.

— Да ладно? — удивился Окабэ Акиро. — Кишечный амёбиаз?

— Он самый, — кивнул я.

— А куда вы ходили? — спросил меня Ватанабэ. — Как вы это поняли?

— Просто побыл наедине с собой, мне так думается проще, — солгал я. — Смотрите, всё сходится. Год назад пациент где-то заразился амёбами. Затем развился острый колит, который и привёл к образованию язв. Но со временем его состояние пришло в норму, однако амёбы никуда не делись.

— Впали в спячку, — кивнула Тачибана Каори.

— Неправильно выражаетесь, Тачибана-сан, сколько я должен вас учить? — буркнул Окабэ Акира. — Скорее перешли в состояние цист.

— Проще говоря, амёбиаз стал хроническим, — подытожил я. — Амёбы продолжили размножаться в кишечнике, образовали язвы. А затем присоединилась анемия.

— Ну, допустим, — пожал плечами Асакура Джун. — Но это никак не объясняет, почему у Инодзаки случился ишемический инсульт. Тромб-то откуда?

— Объясняет, Асакура-сан, — хором сказали все присутствующие.

Однако последнее слово доверили произнести мне.

— Из-за хронизации процесса случился церебральный амёбиаз, — сказал я. — Сгусток, состоящий из амёб, проник в кровь и попал в мозг.

— Боже… — помотал головой Ватанабэ Кайто. — Тогда можно сказать, что Инодзаки Томура — тот ещё везунчик. Обычно в таких ситуациях инсультом и комой не отделываются. Чаще всего пациенты с церебральным амёбиазом умирают почти моментально. Вероятность летального исхода крайне высока.