Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 08, страница 31 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Очень надеюсь, что она не начнёт плести старые-добрые интриги, которые так любят сотрудники клиники «Ямамото-Фарм». Я уже привык к этим играм, но сейчас настроения для этого у меня нет. Отпуск к такому совсем не предрасполагает.

Мне вспомнилось, как мой двоюродный брат Кацураги Казума рассказывал, что в рейтинговой системе содержится огромное количество множителей, которые замедляют или, наоборот, ускоряют подъём терапевтов.

Тачибана Каори показалась мне врачом, которого такие тонкости совсем не беспокоят. Будет печально, если выяснится, что на самом деле и она увлечена этими дурацкими цифрами.

— Хорошо, раз уж ты завела эту тему, Каори-тян, ответь, — решил продолжить начатый ей разговор я. — Почему я так быстро продвигаюсь?

— А ты не разговаривал с регистратурой или с айтишниками? — поинтересовалась она.

Такое впечатление, что она и вправду решила пообщаться на тему, о которой я только что подумал.

— Каори-тян, если ты переживаешь о том, что рано или поздно я смогу сместить тебя с должности терапевта восьмого ран…

— Нет! Погоди-и-и! — воскликнула она и схватила меня за предплечье. — Ты не понял, Тендо-кун. Оценки.

— Что «оценки»?

— Ты разве не в курсе, что наша регистратура просит всех пациентов ставить своему врачу оценку? — удивилась она.

— Слышал об этом, — кивнул я. — Но не проверял оценки очень давно.

— А зря, — захихикала Каори. — Это самое важное в рейтинговой системе. И, между прочим, я, в отличие от тебя, не так давно проверяла, как обстоят дела с нашими оценками.

— И? — изобразил интерес я.

Если честно, мне эти откровения были во многом безразличны. Я спокойно получал удовольствие от высоких температур и горячего пара, который навела Тачибана Каори, но ей не терпелось продолжить этот разговор.

— Тендо-кун, у тебя все оценки: «пять из пяти». Каждый пациент, понимаешь? — спросила она. — Каждый! Такого ведь попросту не бывает. Ведь среди них просто куча жалобщиков, как активных, так и скрытых.

— Я просто делаю свою работу, вот и всё, — отстранился от темы я. — А ты, Каори-тян? Уж прости за долю сексизма, но в нашей стране девушке сложно продвинуться даже в университете, не говоря уже о профессиональном росте.

— Да кому ты об этом рассказываешь? — усмехнулась она. — Я прекрасно знаю, о чём ты. Сложно — это мягко сказано. Но мне всегда хотелось быть гастроэнтерологом, причём не в какой-нибудь богом забытой клинике, а в самом центре Токио. Мечта сбылась! Просто нужно было хорошо потрудиться.

— То есть, ты хочешь сказать, что прорвалась до восьмого ранга за счёт одного лишь труда? — уточнил я.

— Да, так и есть. Если ты думаешь, что я пыталась пользоваться какими-то связями… Нет, — решительно ответила Тачибана Каори. — Пришлось пожертвовать личной жизнью, отдыхом и всеми прочими удовольствиями.

— Что ж, это достойно восхищения, — улыбнулся я. — Мало кто имеет такой пробивной характер.

— Да разве ж это можно назвать чем-то пробивным? — хмыкнула она. — Вот ты, Тендо-кун, как мне кажется, всё успеваешь. И работой заниматься, и личная жизнь у тебя точно есть. А когда человек жертвует всем, это уже совсем другое.

— Слушай, Каори-тян, мы тут сидим уже довольно долго, — подметил я. — А ты подняла температуру намного выше шестидесяти градусов. Надо охладиться.