Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 05, страница 102 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Д-да! Хорошо, Кацураги-сан! — пациент убежал.

Я знал, что за ним в коридоре больше никого нет, поэтому я мог спокойно заняться восстановлением Огавы Ханы. Жизненной энергии во мне осталось совсем немного, но её хватит, чтобы поддержать медсестру до прибытия скорой.

Я подхватил девушку под руки и положил на кушетку, высоко приподняв голову. Нужно привести её в сознание, чтобы выяснить, что она ещё успела употребить перед приёмом. Тут явно дело не в одном лишь вине.

Собравшись с силами, я ударил лекарской энергией по её мозгу, чтобы восстановить адекватное кровоснабжение, а другой рукой набрал номер Акихибэ Акико.

— Что такое, уже соскучились, Кацураги-сан? — послышался смешок девушки из трубки. — Тут как раз о вас Такеда-сан вспоминает. Мечтает поскорее меня к вам сбагрить.

— Акихибэ-сан! — перебил её я. — Вы вчера ещё что-то пили?

— Чего, уже и пошутить нельзя? — обиделась она.

— Акихибэ-сан, Огава Хана только что потеряла сознание, — сказал я. — Отвечайте сейчас же, после вчерашнего рабочего дня вы ещё куда-то заходили? Может быть, отправились в бар или ресторан?

Велика вероятность, что Огава Хана и Акихибэ Акико продолжили праздновать своё знакомство. Вряд ли их удовлетворили полторы бутылки вина. Уж слишком плохо себя чувствовала моя медсестра весь сегодняшний приём. Скорее всего, они умудрились накидаться чем-то ещё.

— Мы… О боже, — испугалась Акихибэ Акико. — Да, вчера Хана-тян настаивала, чтобы мы заскочили в какой-то бар. Я уже сама толком не помню, Кацураги-сан! Я больше ничего не пила, а вот Хана-тян точно заказывала какой-то алкоголь. Причём крепкий.

— Понял вас, Акихибэ-сан, благодарю за помощь. — ответил я и положил трубку.

Это не алкогольная интоксикация и не похмельный синдром. Здесь явно отравление суррогатами алкоголя. Другими словами, другим содержимым крепких напитков.

Огава Хана начала постепенно приходить в себя, но её состояние не улучшалось. Судя по тому, что показывал мне «гистологический анализ», её сосуды вели себя неадекватно. Одни сужались, а другие расширялись. Сердце с трудом справлялось с нагрузкой, а во всех чувствительных к таким изменениям тканях началась гипоксия. Мозгу не хватало кислорода, и сейчас он питался исключительно за счёт моей целительской магии.

— Кацураги-сан… — прошептала Огава Хана. — Всё в порядке, я уже скоро пойду на поправку. Мне поспать просто нужно. Утомилась…

— Огава-сан, быстро отвечайте, что вы вчера пили! — воскликнул я. — Мне нужно знать, чем вы отравились и какие симптомы вас беспокоят сейчас.

Кроме обморока и угнетения сознания Огаву Хану весь день беспокоила рвота. Это я заметил ещё в начале рабочего дня. Она несколько раз выбегала из кабинета, и для понимания её жалоб мне даже «анализ» не требовался. Но такое происходит и при обычной передозировке спиртными напитками.

— В глазах темнеет, Кацураги-сан, — простонала она. — Не вижу ничего… А пили… А что мы пили? Виски?

Назвав напиток, Огава Хана с трудом подавила рвотный рефлекс. Однако этой информации мне хватило, чтобы сообразить, что конкретно происходит с моей медсестрой.

Вряд ли Огава Хана позволила себе дорогой алкоголь. Видимо, в том баре, в котором они побывали с Акихибэ Акико прошлым вечером, подавались напитки, мягко говоря, не первой свежести.