Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 04, страница 90 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Когда я вошёл в кабинет заведующего, Эитиро и сидящий рядом с ним грузный широкоплечий мужчина молча кивнули.

— Кацураги-сан, это Нобухико Кота, он занимается делом, связанным с… — начал Эитиро Кагами.

— Не стоит уточнять, — перебил Нобухико заведующего. — Я сам поговорю с Кацураги-сан. Присаживайтесь, пожалуйста, — следователь указал на стул напротив себя. — Я надолго вас не задержу.

Я поклонился Эитиро и Нобухико и расположился рядом с ними.

— Я готов отвечать на вопросы, Нобухико-сан, — кивнул я.

— Хорошо, — кивнул следователь. — Кацураги-сан, меня немного смущает, что вся эта волокита, которую нам удалось раскопать, началась именно с момента вашего трудоустройства. Уж больно много событий произошло вокруг одного-единственного молодого терапевта. Как вы считаете?

— Нобухоко-сан, Кацураги… попытался что-то вставить Эитиро Кагами.

— Эитиро-сан, я, кажется, просил вас помолчать, — насупился Нобухико.

— Да, мне тоже это кажется странным, — согласился я. — С момента моего трудоустройства я оказался вовлечён в череду махинаций и интриг, которым точно не место в сфере здравоохранения.

— Например? — вскинул брови Нобухико.

— Например, инцидент с электричеством, о котором вам определённо известно. Или ситуация с клиническим испытанием нового препарата. И это, не говоря о внутренних нарушениях и нарушении врачебной этики, которые в подробностях упоминать точно не стоит.

— И с чем вы связываете всё происходящее? — спросил следователь.

— С неграмотным руководством, — не задумываясь, ответил я. — Но я — не тот, кто может судить главного врача или других своих коллег. Думаю, вы позвали меня, чтобы поговорить о чём-то другом. Так о чём же?

Нобухико улыбнулся.

— Учитывая, что главный врач вашей клиники обвиняется в коррупции и распространении наркотиков, мы были вынуждены перекопать всю информацию и расспросить всех, кто хоть как-то касался этих историй. И почти каждый сотрудник упоминал вас и ваш конфликт с главным врачом. Мне начало казаться, что вы — какой-то серый кардинал в этой истории, Кацураги-сан.

Я? Серый кардинал? Смешно даже!

И о каких наркотиках идёт речь? Об этом я слышу впервые.

— Нобухико-сан, я вижу, что вы хотите что-то узнать, но задаёте мне настолько расплывчатые вопросы, будто я должен заранее знать, кто конкретно вы хотите от меня услышать, — произнёс я. — Я никакой не серый кардинал и уж точно не сообщник Ягами Тэцуро. И раз мы разговариваем здесь — в кабинете заведующего, значит, я ни в чём не обвиняюсь. Вам просто нужна информация, так ведь? Так задайте прямой вопрос и не тяните время!

— Хотите прямой вопрос? — хмыкнул Нобухико. — Хорошо, Кацураги-сан. Меня интересует, знали ли вы, что Ягами Тэцуро списывал на левых пациентов наркотические препараты?

— Нет, — ответил я.

— Вы в курсе, что его жена их принимала?

Жена Ягами Тэцуро? Психиатр? Вот это поворот!

— Нет, я понятия не имею, какой диагноз у Ягами Караи, — ответил я, никак не выдавая удивление.

— Нет никакого диагноза, — помотал головой Нобухико. — Наши сотрудники уже обнаружили в её личных вещах таблетки с морфином. И нам удалось выяснить, кто выписал этот препарат.

— И кто же? — поинтересовался я.

— Вы, Кацураги-сан, — заявил Нобухико Кота.

— Ну это уже ни в какие ворота, — усмехнулся я. — Ягами Караи никогда не была на моём приёме. Я с ней всего раз пересекался, когда она закатывала сцену в кабинете у главного врача и разносила его мебель.