Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 02, страница 91 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Доброе утро, Уёхара-сан, — ответил я, ещё не успев обернуться.

— Ого, да вы уже узнаёте меня по голосу? — усмехнулась женщина.

— Вас трудно не узнать, Уёхара-сан, — улыбнулся я. — Вы что-то хотели?

— Хотела сообщить вам, что проверка больничных листов прошла успешно, — ответила она. — За что я вам невероятно признательна. В этом году было как никогда много карт. Клиника смогла отделаться от проверяющих, не получив ни единого штрафа.

— Значит, за пересечение больничных листов, которое устроил Савада-сан, тоже не выписали штраф? — поинтересовался я.

— Нет, к счастью, ваш план сработал. Хоть мне и пришлось потратить пару часов на писанину, но две врачебные комиссии и аннулированный больничный творят чудеса. Я обязательно сообщу айтишникам, чтобы вам присвоили определённое количество бонусных очков рейтинга.

— Определённое? — уточнил я. — Вы пока и сами не знаете — сколько?

— Я под-у-умаю, — протянула Уёхара. — В любом случае ещё раз благодарю вас за помощь. Если что-то понадобится, я всегда жду вас у себя в кабинете.

«Всегда жду». Интересная формулировка.

А учитывая, какое напряжение она пыталась поднять между нами… Настоящий ёкай. А точнее — суккуб. Если обращаться к западной мифологии.

Я пришёл на приём как раз вовремя. Огава Хана на этот раз была свободна от ранее тяготивших её карт, что были запрошены на проверку. Поэтому, вновь наладив совместную работу, мы очень быстро разгрузили очередь, тратя на каждого пациента не более трёх-пяти минут.

Кондо Кагари практически не отвлекал меня от работы. В кабинет к себе совсем не звал. Лишь изредка звонил, чтобы задать вопрос по телефону.

Почти под конец приёма в мой кабинет вошёл тучный пациент — один из сотрудников офиса на тринадцатом этаже.

— Рассказывайте, как себя чувствуете? Что беспокоит? — спросил я.

— Я очень долго не хотел идти к врачу, Кацураги-сан, — произнёс мужчина. — Меня коллеги надоумили. Уж очень вас расхвалили.

— Мне приятно, — сдержанно кивнул я. — Но всё же давайте перейдём к делу.

— Да, конечно, — закивал он. — В последнее время стало невозможно работать. Да не только работать, даже жить мне уже в тягость!

Депрессия?

— Весь день я чувствую себя уставшим. Сколько бы я не спал, лучше мне не становится. Брал несколько раз отгул — пытался прийти в себя, — рассказывал он. — И — ничего. Никакого толку.

— Есть ещё какие-то симптомы, кроме перечисленного? — спросил я, параллельно включая «анализ».

— Да весь разваливаюсь, Кацураги-сан, — грустно усмехнулся пациент. — Постоянно отекаю, но при этом пить хочется ужасно. Ничего не могу поделать с этой жаждой. Жажда нестерпимая. И…

Мужчина взглянул на Оваду Хану, будто стеснялся продолжать свой рассказ при ней.

— Не беспокойтесь, здесь вы можете говорить всё, — успокоил его я.

— Ох, — вздохнул мужчина и утёр пот со лба. — Мочиться приходится сутки напролёт. И… С половой жизнью в последнее время всё стало очень туго, если вы понимаете, о чём я.

— Понимаю, — кивнул я. — Кожный зуд? Онемение ног?

— Да! — воскликнул он. — Есть такое. Как вы догадались?

«Анализ» был мне уже не нужен, чтобы поставить диагноз. Всё было и так очевидно. Но на всякий случай я всё же осмотрел тело больного и нашёл несколько других отклонений в его организме, которые были связаны с основным заболеванием лишь косвенно.