Книга Придворный Медик, страница 139 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Я вас об этой мести не просил, господин Биркин, — пресёк эту тему я. — Что ж, самое время подвести этот разговор к заключению. Я хочу, чтобы вы больше никогда ко мне не приближались.

— А я хочу, чтобы вы показали мне свой шрам, — пожал плечами дознаватель. — Кажется, нашим с вами мечтам не суждено сбыться. Или суждено? — с надеждой добавил он. — Мы ведь всё можем решить здесь и сейчас. Вы покажете свой рубец, я осмотрю его и после этого больше никогда вас не побеспокою. И мы оба будем довольны.

С одной стороны, его предложение звучит логично, но согласиться на него я не могу. Не для того я столько времени скрывал этот рубец, чтобы затем показать его одному из самых опасных людей императорского двора. Он может использовать полученные знания против меня.

Более того, его изувеченная лекарская магия тоже несёт опасность. Откуда мне знать, как отразится на мне такой осмотр?

Догадываясь о диагнозе Биркина, я подозреваю, что одним осмотром это не ограничится. Он не успокоится. Захочет повторить такой разрез — скорее всего, на мне самом…

Да и вообще — я не позволю ему себя шантажировать. Преступник здесь он, а не я. Он лезет в моё личное пространство, когда я желаю лишь одного — чтобы этот псих ненормальный оставил меня в покое!

— Нет, господин Биркин. Так дело не пойдёт. Не вам диктовать мне условия. Тем более вы только что признались в своих преступлениях. И, думаю, вы понимаете, что я могу использовать это против вас, — заявил я.

— И как же вы это сделаете, господин Булгаков? — улыбнулся он. — Доказательств у вас нет. То, что меня кто-то где-то видел — это не аргумент. А моё признание так и останется между нами. Записывать мой голос вы не можете. Связь в этом здании глушится. Здесь работает только мой телефон и стационарный. Любая записывающая техника выходит из строя. У нас хорошо продумана система безопасности.

Об этом я догадывался, поэтому даже не пытался записывать наш разговор.

— Всё верно, — кивнул я. — У меня ничего на вас нет, Аристарх Иванович. Однако теперь я знаю, откуда ждать нападения. Вам будет гораздо сложнее ко мне подобраться. Можете даже не сомневаться — я всегда буду готов. Рано или поздно ваши попытки добраться до меня закончатся сокрушительным провалом. И вы оставите улики. И тогда-то я окончательно от вас избавлюсь.

— Посмотрим, Павел Андреевич, — произнёс он. — Посмотрим.

— Раз наша беседа себя исчерпала, я вынужден вас покинуть, — заключил я и вышел из-за стола.

— До скорых встреч, господин Булгаков! — бросил мне вслед Биркин. — Э… Павел Андреевич, прошу прощения, а можно последний вопрос?

— Слушаю, — остановившись у выхода из кабинета, ответил я.

— Как вам удалось выжить?

Видимо, он хочет узнать, как я смог восстановить перерезанную шею. Но даже если бы я и хотел ответить на этот вопрос, я пока что сам не знаю, почему моё перемещение в этот мир воскресило умирающее тело Павла Булгакова.

— Скажем так, меня в принципе не просто убить, господин Биркин.

Ответом мне стал задумчивый взгляд. Словно Биркин уже решил, что стоит попробовать!

Покинув корпус дознавателей, я вышел на небольшую площадку с фонтаном и остановился около высокого дуба, чтобы привести мысли в порядок.

На улице уже стемнело. Начало холодать. Хотя, вероятно, я просто промёрз, пока сидел в кабинете Биркина. В его здании стоит могильный холод.