Книга Моя Теневая Империя 1, страница 7 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Молодчина, братец, — усмехнулся я. — Решил уделать своими познаниями истории человека, мозг которого был долгое время мёртв. Может, ещё экзамен мне устроишь?

— Ладно, Кость, прости, — опомнился Роман. — На тебя и так столько всего навалилось. А касаемо тёмной магии… Да тут и рассказывать-то особо нечего. После того как один некромант попытался захватить весь мир, светлые маги решили объединиться и взять под контроль всех тёмных. И как видишь, поступили очень даже гуманно. Мы не убиваем тех, в ком пробудилась тьма. Просто не даём ей дальше развиваться, и человек живёт дальше. Никаких казней и тюрем, если только того не требуют обстоятельства.

А вот и последствия войны, что развязал мой покойный учитель.

— То есть, если я начну балагурить, то ваше бюро сочтёт это обстоятельством? — уточнил я.

Роман нахмурился.

— Не нужно этого делать, Кость, — попросил он.

— Да я и не смогу, даже если захочу, — пожал плечами я. — На мне ведь печать. Дело уже сделано.

Не смогу, пока не сниму её. А избавлюсь от этих пут я очень-очень скоро.

— Если честно, — сказал Роман и огляделся, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. — Я даже в какой-то степени рад, что в тебе эта магия проснулась, представляешь? Иначе бы я точно потерял своего младшего брата. Уже навсегда. Так у тебя хотя бы есть шанс на…

Я рассмеялся, тем самым перебив Романа. Пришлось несколько раз постучать по столу, чтобы успокоиться.

— Умора! — восстанавливая дыхание произнёс я. — Светлый маг радуется, что воскрес тёмный. Прямо-таки начало хорошего анекдота. Хоть барда зови, чтобы песню об этом сочинил.

— Рад, что к тебе вернулось чувство юмора, — обиженно насупился Роман. — Хотя, о чём это я? Раньше у тебя его вообще не было. Не припомню, чтобы мы хоть раз беседовали друг с другом больше пяти минут. Ты ведь из своей комнаты вообще на белый свет не вылезаешь.

Вот как? Эту пагубную привычку нужно загубить на корню. Надоели уже тесные помещения — гробов и склепов с головой хватило.

— Единственное, о чём я хочу тебя попросить, Кость, — продолжил брат. — Побереги нервы матери. Она души в тебе не чает. Я думал, что после твоей гибели, она уже не придёт в себя. Сам понимаешь — ты её единственный сын.

— Не понял, — нахмурился я. — Как это — единственный? А ты?

— Кость, я очень ценю, что твоя мать приняла меня, как своего, но всё-таки наша с ней связь — это нечто другое. Пойми, ей куда важнее её родной сын, а не тот, кто остался у отца от прошлого брака.

О, так мы сводные братья? Прямо-таки повеяло гнилостным ветром прошлого. Мои братья-некроманты тоже были от разных матерей. Видимо, иметь гуляющего папашку — это моё проклятье.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл мужчина со стопкой бумаг в руках.

— О, Владыкины! — хохотнул он. — Вот уж не ожидал, что вашу семью постигнет такая участь. Вы двое теперь, как инь и янь.

Роман опустил взгляд, испытав явный стыд из-за очередного упоминания о клейме, которым теперь отмечена наша семья.

— Я бы на вашем месте так не шутил, — бросил я секретарю. — И уж тем более не упоминал бы восточные учения. Вряд ли бюро это одобрит.

— Минуточку! — секретарь с грохотом уронил бумаги на стол. — Вообще-то, Китай — наши близкие союзники, и я имею полное право исп…

— Заканчивайте болтать и приступайте уже к делу, — перебил его я. — Поберегите нервы покойника.