Книга Моя Теневая Империя 1, страница 30 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— На сегодня можете быть свободны, — заключил Анатолий Калугин. — Вы все большие молодцы! Уже скоро вы все пойдёте на поправку и сможете получить работу.

Ещё по головке их погладь. Проклятье… Я словно в детском саду оказался.

— Помните, молодого виконта, который ходил с вами на собрания в прошлом месяце? — спросил Калугин.

Собравшиеся закивали.

— Больше он здесь появляться не будет. Кураторы решили, что он полностью принял свой новый образ жизни и ему дали работу. Теперь виконт будет разгружать наши машины с провизией. Представляете? Ему дали работу в нашем бюро. Вам всем стоит тоже к этому стремиться.

Дворянину? Разгружать провизию? Невероятно… Да ещё и под присмотром бюро. Вот уж действительно — честь! Роман-то мне говорил, что мне работу совсем не дадут. Видимо, не хотел расстраивать брата новостью о том, что ему предстоит драить туалеты и заниматься очисткой выгребных ям для господ из бюро.

После своего воскрешения я полагал, что мир разделился, а я пришёл в себя на территории светлых магов. Но это — не так. Они забрали себе весь мир, а тёмных превратили своих рабов. И это после того, сколько мы сделали для развития магии и всего мира в целом…

— Константин, — позвал меня Анатолий Калугин. — Задержитесь, пожалуйста, ненадолго. Мне бы хотелось с вами переговорить тет-а-тет.

Запечатанные покинули зал, а мы с консультантом остались наедине. Я уже заранее знал, о чём пойдёт речь. Ох, главное — сдержаться, и не превратить этого выскочку в ползающий комок плоти. Пока слишком рано показывать свою силу. Какое-то время придётся поставить на свою магию статус «инкогнито».

— Константин, вы очень впечатлили меня своим рассказом, — сказал Калугин. — Но я боюсь, что такими историями вы можете шокировать другим запечатанных. Это не пойдёт им на пользу. Реабилитация поражённых тёмной магией — и без того непростая штука.

— А я-то думал, что у нас тут свобода слова, — хмыкнул я.

— Если хотите, можете рассказывать о тёмных соблазнах мне лично, — сказал Калугин. — Но остальным… Эм… Лучше сочините историю о страхах! Страхи куда лучше помогают понимать опасность тёмной магии.

Когда-то тёмные пугали светлых, а теперь всё наоборот. Нас самих же пытаются запугать собственной магией!

— Анатолий Юрьевич, я либо буду посещать собрания и делиться своими переживаниями, либо забуду о них вовсе, — заявил я. — Или вы хотите, чтобы тёмная магия взяла надо мной верх?

— Нет-нет, что вы… — напрягся Калугин. — Ладно, вы правы, Константин. Но постарайтесь, по крайней мере, общаться с остальными… чуть помягче.

— Это можно, — кивнул я.

Покидая зал заседаний, я прикинул дальнейший план действий. Как ни странно, но Калугин прав. Такими речами я быстро завладею умами запечатанных, но навлеку на себе лишнее внимание бюро.

А значит, нужно начинать действовать точечно — выбирать слабое звено и беседовать с тёмным магом за пределами собраний.

— П-привет! — из-за угла появился Артемий Костровский. — Ты, кажется, Костя, верно?

А вот и первый кандидат!

— Он самый, Артемий, — кивнул я и протянул ему ладонь для рукопожатия. — Княжич Константин Владыкин.

— О… Ого! — воскликнул Артемий, ответив на рукопожатие трясущейся рукой. — Тогда, наверное, мне стоит обращаться на «вы». Всё-таки я барон…

— На это мне как-то плевать, если честно, — фыркнул я. — Хоть конюх. Либо общаемся на «ты», либо не общаемся вовсе.