Книга Осторожно! Психопат в клане! Том 2, страница 63 – Алексей Аржанов

Уверен, что Меншиков ни черта не понял, что скрывалось за моими словами. А я всего-то хотел сказать: «Перестань орать, придурок, и дай мне всё сделать самому!».

Я занял место в центре зала. Передо мной возвышались пять трибун, за каждой из которых восседали члены Золотой пятёрки. Главы сильнейших кланов города.

Остальные участники суда уже заняли свободные места. Настал полдень.

Время пришло.

— Прошу всех сохранять тишину, — произнёс судья, что располагался между остальными.

Это был глава Центрального района. Похоже, в Высшем Совете последнее слово остаётся за ним. Надеюсь, Андрей Рохманов, поговорил с ним, как и обещал. Доброжелательное отношение столь высокого человека мне бы очень пригодилось.

— Сегодня Высшим Советом будет проведено судебное заседание по делу Александра Перекрёстова, — продолжил судья. — Который обвиняется в нарушении межклановых законов и убийстве главы Красносельского района — князя Анатолия Васильевича Войцеховского. Сторону обвинения будет представлять сам суд в лице глав Золотой пятёрки, поскольку в наших руках находится право трактовать и защищать кодекс кланов. Также обвинителями выступят Артемий и Кристина Войцеховские — дети убитого Перекрёстовым князя. Итак начнём.

Какая же, мать твою, тягомотина. Если так продолжится, я вырублюсь нахрен, и проснусь в тюрьме. Главное, не в психиатрической лечебнице!

Спасибо графу Салтыкову, что снёс с её к чёртовой матери!

Так, Сань, сосредоточься. Тут твоя судьба вообще-то решается!

— Александр Перекрёстов, вы не отрицаете, что совершили незаконное убийство князя? — обратился ко мне судья.

— Нет, не отрицаю. Однако вся война представляла из себя сплошное беззаконие. Князь Войцеховский атаковал нас во время действия мирного договора.

— И вы считаете, что это дало вам право убить князя?

— То была самозащита, и защита своего клана, — ответил я. — Войцеховский был задержан, но даже после этого он сбежал и атаковал нас повторно. Перед тем, как я вступил с ним в схватку «один на один», он убил одного из моих людей. Суд полагает, что я должен был сдаться и позволить обезумевшему князю убить меня и всех моих близких?

— Суд полагает, что обе стороны нарушили кодекс клана, — ответил глава Центрального района. — Давайте выслушаем, что скажет обвиняющая сторона в лице семьи Войцеховских.

Давай, цепочечка, родненькая, не подведи! Пусть эти извращуги скажут всё ровно так, как я приказал!

Кристина и Артемий поднялись с мест и хором произнесли:

— Никаких претензий к подсудимому Перекрёстову не имеем.

Судьи замерли. Такого расклада они никак не ожидали.

— Прошу прощения, — произнёс судья. — Можно подробнее? Кто-то один из вас. Кристина Анатольевна, прошу.

— Наш отец был вероломным и омерзительным человеком, — произнесла она.

О да. Как же бегают её глаза. Она хочет сказать обратное, но не может. И что самое удивительное, я ведь, по сути, не нарушил никаких правил! Я всего лишь заставил их говорить правду.

— Он с самого начала хотел предать Московский район, а затем пустить корни в Приморский и Кировский. Этот человек заслуживал смерти и мы рады, что Александр Перекрёстов подарил нам возможность не убивать собственного отца.

— Это правда? — спросил судья и перевёл взгляд на Артемия. — Артемий, вы согласны со своей сестрой? Быть может, в чем-то дополните?