Книга Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет, страница 82 – Александр Вольт, Ричард Рубин

Круто, — сказал я.

Или не сказал, а только подумал? Губы привычно сошлись трубочкой на “у” но никакого звука я не услышал. Будто всю громкость кто-то до нуля сбавил. Вообще вокруг ни единого звука не было. Я помотал головой, но они так и не вернулись.

Я хлопнул в ладоши.

Ничего.

Пощелкал пальцами. И вновь ничего. Даже не слышу, как кровь в висках стучит.

— ЧТО ЭТО ТЫ ТУТ УСТРОИЛ? — заорал я, но в комнатке тишина. Всепоглощающая, которую не в состоянии обеспечить ни одна звукоизоляция. Даже биение собственного сердца я не слышал, а ощущал на инстинктивном уровне. Тук-тук. Тук-тук.

Ну и как мне теперь попросить, чтоб БАСКО этот фарш назад провернуть? Постучать по стенке морзянкой, что ли, чтобы он считал мой запрос по вибрациям?

— Выключи уже эту стремную хрень!

Волна звуков нахлынула так резко, что я едва не рухнул на пол. Оказывается… мир очень громкий, только ты этого не замечаешь, пока не окажешься в вакууме, если можно так выразиться. Мозг на мгновение охренел от летящей в него кипы сторонней информации: Софкино мерное дыхание, жужжащие двигатели, стучащие колодки где-то в стенах, еще непонятные шорохи. От крыс, что ли?

— ВАМ ПОНРАВИЛОСЬ?

— Пока не могу понять, — признался я. — но ощущения незабываемые, это точно.

— ПОЛЕЗНАЯ ФУНКЦИЯ, ЕСЛИ ВЫ ЧАСТО ПРИБЕГАЕТЕ К МЕДИТАТИВНЫМ ПРАКТИКАМ И ПРОЧИМ СРЕДСТВАМ РАССЛАБЛЕНИЯ, ПРИНЯТЫМ В ВОСТОЧНЫХ КУЛЬТУРАХ. ПОЗВОЛЯЕТ ОТРЕШИТЬСЯ ОТ РЕАЛЬНОСТИ И НАЙТИ ГАРМОНИЮ СО СВОИМ ВНУТРЕННИМ “Я”. КОТОРОЕ, К СЛОВУ, У ЛЮДЕЙ ЧАСТЕНЬКО НЕ ЗАТЫКАЕТСЯ, НЕ ЖЕЛАЕТЕ ЛИ ПРОВЕСТИ БОЛЕЕ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНУЮ СЕССИЮ?

— В другой раз. Ты можешь вывести мне голограмму Софы?

— ЭТО БЫЛО БЫ НЕПРАВИЛЬНО С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЭТИКИ, ПОСКОЛЬКУ ВЫ НЕ ЯВЛЯЕТЕСЬ ЕЕ ЛЕЧАЩИМ ВРАЧОМ, ВИКТОР.

Скажите, пожалуйста, какой важный курица. Этикой он мне тут козыряет. Эт что ж за искуственный интеллект-то такой, е-мое, с самоцензурой. Сегодня он моральным кодексом руководствуется, а завтра что? Заявит, что упырей поражать нельзя ни в правах, ни в сердце?

— Я действительно не врач, — процедил я, пытаясь сохранить спокойствие, — но если мне не изменяет память, то медперсонала здесь сейчас вообще нет. Если ты считаешь иначе, то, должно быть, местные доктора чертовски круто прячутся, м?

БАСКО ничего не ответил.

— Вот так-то. Показывай.

Из-под потолка снова выехали щупы и аккуратно, почти бережно ввинтились в браслет. Тут же появилась голограмма Софы. И как только я ее увидел, понял, что уйдем мы из бункера нескоро. Изображение окрашивалось двумя цветами — красным и желтым. И, к моему сожалению, красный преобладал.

— Можешь дать краткое заключение?

— ОБЪЕКТ ИСТОЩЕН. ВНУТРЕННЯЯ КРОВОПОТЕРЯ — ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТЬ ЦЕЛЫХ И ЧЕТЫРЕ ДЕСЯТЫХ ПРОЦЕНТА. ВИДИМЫХ РАНЕНИЙ НЕТ. СЕРДЕЧНЫЙ РИТМ НЕ НАРУШЕН. ВНУТРЕННИЕ ОРГАНЫ НЕ ПОРАЖЕНЫ. ЕСТЬ НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ КИСЛОРОДНОЕ ГОЛОДАНИЕ ВСЛЕДСТВИЕ ПОНИЖЕННОГО ГЕМОГЛОБИНА… РЕКОМЕНДУЕТСЯ ПОСТЕЛЬНЫЙ РЕЖИМ, ОБИЛЬНОЕ ПИТЬЕ И ГЕМАТОГЕНКА.

— Гематогенка? Ты серьезно?

— ЛЮБОЙ ПРОДУКТ, КОТОРЫЙ МОЖЕТ НАЧАТЬ ВОССТАНОВЛЕНИЕ ОБЪЕМА КРОВИ. ЛИБО ПРОВЕСТИ ПЕРЕЛИВАНИЕ НО, УВЫ, ВАША ГРУППА КРОВИ НЕ СОВПАДАЕТ. ЧТО, К СЛОВУ, СОЗДАСТ ТРУДНОСТИ, ЕСЛИ ВДРУГ ВЫ ЗАДУМАЕТЕСЬ О ДЕТОРОЖДЕНИИ

— ЧТО? — гаркнул я, ощущая, как кровь приливает к лицу. — Какие, блядь, дети? Мне надо выбраться отсюда, вернуться домой. Я не собираюсь торчать в этом упырином пристанище вечно! И тем более размножаться здесь.