Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 170 – Ричард Рубин

— Мороженки так мороженки. Пойдем в кафешку тогда.

Это известие привело подругу в совершеннейший восторг, и она обхватила меня за плечи.

— Лучшие новости за сегодня, Гару! Спа-си-бо! Пошли давай скорее!

Как только во внутреннем навигаторе Саёри появился пункт назначения, она не мешкала ни секунды. Даже кулаком мне в спину ткнула для скорости. Наверное, будь Гару чуть покрепче, она бы забралась к нему на карачки и гнала бы до самого кафе верхом. Фаст-трэвел уровня «бог». Что ж, понимаю, не осуждаю. Когда впереди маячат перспективы налопаться сладостей, чужие желания и стремления не значат ни хрена.

Седлать меня она не стала, и только за это уже я поблагодарил всех богов, которых знал. Но поторопиться все равно пришлось. За какие-то считанные минуты небо затянуло серой пакостью

(словно из Питера надуло, хих)

и тут же начало накрапывать. Мы прибавили шагу, однако все равно не преуспели. Через пару минут наверху как будто кран открыли — так мощно хлынуло. Тут уже мне пришлось брать инициативу в свои руки и тянуть за собой визжащую и ойкающую Саёри. Дождь и напомнил мне о том, что на дворе действительно октябрь — очень уж капли были холодные. Не врала объява к фестивалю.

— Далеко там еще? — я чуть повысил голос, чтоб перебить дробный перестук капель.

— Нет, конечно, — голос у Саёри был удивленный. Опять провалился, но сейчас исправляться нет времени, — до упора и направо метров двести… мы же с тобой постоянно туда ходим.

Гару, может, и ходит, а вот я в этом заведении посетитель новый. Ну да ладно, сейчас не это важно. Мысленно я передал огромный привет тому мудиле, кто спроектировал такую школьную форму. От холода она защищала чуть лучше, чем никак, зато намокла в два счета, как девочка-подросток на концерте Славы Марлоу. Пришлось затащить Саёри к кирпичному двухэтажному зданию магазина. Судя по вывеске, хозяйственного. Он был закрыт (владелец за каким-то хером решил заняться переучетом прямо посреди дня), но нас выручил жестяной козырек над входом. Я встряхнулся и попытался рассмотреть хоть что-то в этой густой водяной пелене. На улице скапливались лужи, по мостовой тонкими ручейками струилась вода. Кроме нас, дождь застиг от силы пару бедолаг, и они тоже выглядели мокрыми и несчастными.

Хотя я бы себя несчастным не назвал. Бедолаги-то эти были порознь, в то время как мою ладонь крепко держала Саёри. Не знаю, почему, но когда ее ладошка сплелась с моей, я почувствовал, что это правильно, что так и надо. Может, такой прозрачный намек на рут мне вселенная подкидывает? Или остатки раскуроченного скрипта пытаются собраться воедино? Я над этим не задумывался.

(вот тебе пища для размышлений, бро. ты нихуево так промок. щас на ногах перенесешь это все, и кранты)

Я переступил с ноги на ногу и поморщился — в ботинках хлюпало. Отстой. Мое прежнее тело, игоревское, на такие мелочи и внимания бы не обратило — во время подработок приходилось на смену выходить и в дождь, и в снег и в град, и в гребаный фруктовый сад. Но вот Гару только дай повод, и он сляжет, этот хлюпик недокормленный.

(зато какой потенциал открывается)

Разве что потенциал все полимеры просрать. То, что фестиваль на неделю сдвинулся, ничего хорошего мне не обещает. За это время может произойти вагон и маленькая тележка всякой херни. Толку-то теперь от того, что я скрипт знаю? Никакого — мы со всех сюжетных точек слетели. Еще удивительно, как мир вокруг вообще не развалился.