Книга Демонолога вызывали? Том 2, страница 86 – Александр Вольт, Ричард Рубин

— Что ты там увидел? Что-то о проклятии узнал? Кто его наложил? Как снять? — принялся Альф бомбардировать меня вопросами.

— Ничем порадовать не могу, — процедил я, сцепив зубы. Пластыри больно вгрызались в кость, обволакивали ее. — Хозяин проклятия оказался весьма несговорчивым. Крайне скользкий тип.

— А кто он? Мы с ним раньше встречались? — спросил Альф, а потом замолк с озадаченной миной.

К жгучему ощущению в ребрах прибавилось ощущение, будто кто-то щекочет затылок пером изнутри.

— Ого! — вскричал бес. — Нет, если бы мы с ЭТИМ встретились, я бы точно запомнил!

— Не могу сказать, что хочу еще раз его навестить, — ответил я. — Но сейчас не это важно. Ты еще помнишь, как переходить в форму Яростной Атаки?

Альф выпятил грудь.

— Я всегда в форме! В наилучшей из возможных!

Я выставил вперед ладонь.

— Кажется, ты меня не услышал. Альфред фон Тирпих, ты помнишь, как переходить в форму Яростной Атаки?

Когда я повторил вопрос — медленно, с расстановкой, с нажимом на последние слова — до него наконец дошло, чего именно я добиваюсь. Он сделал круг по комнате, но зазевался и едва не врезался в кресло со Смоляковым. С трудом притормозил и умостился на подголовнике. Я подошел к бесу. Он поднял на меня глаза. Полные нерешительности глаза.

— Вообще да, но я давно не пробовал, потому что… ты вроде как обычно и сам справляешься, Марк. Я так, на подхвате. Да, у мамки Крудо тогда была заварушка, но там был демон-мелкая сошка, ему и просто так навалять получилось.

Марк? Похоже, Альфа действительно проняло, раз он оставил в стороне свое типичное насмешливое «Каммерер». Это происходило на моей памяти всего три или четыре раза — исчезающе редкое явление.

— Ты мне скажи, в чем дело? — спросил Альф. — Кого мы собираемся яростно атаковать?

И тут ожил Смоляков. Подгадал момент он очень и очень точно. Словно актер, который долго ждал за кулисами команду «выйти на сцену» и наконец ее получил. Его тело рванулось вперед, жилы на руках и ногах, прочно закрепленных ремнями напряглись. Двигался он с такой мощью, что мне казалось, будто с минуты на минуту у Ильи Олеговича начнет лопаться кожа. Голова его все еще была неловко повернута вправо, в мою сторону. Глаза светились бледным зеленоватым светом.

Я сразу узнал этот свет. Да и как иначе — ведь видел его совсем недавно.

— А-ХХХХХААААААРРРГХ! — прорычал Смоляков. — ПОЧЕММУУУ… ХРРРГХ… ТААААКХХХХ… БОЛЬНО!

Я активировал заклинание Контроля над телом. Оно послушно направилось к Смолякову, но как только коснулось его кожи, тотчас растаяло. В ответ на это раздался сухой, резкий хлопок. Лопнули ремни, протянутые поперек груди.

Плохо. Это очень плохо. Те ремни были самыми прочными из тех, что Илья Олегович предусмотрел.

— Неси синюшную дрянь! — скомандовал я. — А я пока его удержу!

Альф сорвался с места так, что оставил след в воздухе. Я же шагнул вперед, толкнул Илью Олеговича обратно в кресло и вытянул перед собой ладони. Собрал энергии сколько мог и с силой надавил ему на грудину. Так, наверное, выглядел самый экзотический массаж сердца в истории. Смоляков рычал, хрипел и во все стороны клочьями летела пена.

— Песнь Смирения! — гаркнул я во всю глотку.

С ладоней ударили потоки желтоватого света, которые за доли секунды окутали все тело Ильи Олеговича. Он откинулся на спинку и задрожал. Взгляд его, затравленный и больной, смотрел на меня в упор.