Книга Демонолога вызывали? Том 2, страница 41 – Александр Вольт, Ричард Рубин

— Все-таки решил им поверить, да? Вложиться в эти камни? — с ехидцей спросил Альф.

— Да. — коротко ответил я. — В них есть определенный потенциал.

— Какой⁈ — заверещал бесенок. — Разве что потенциал сжечь наше поместье до красных угольков!

— Ты хочешь сказать «мое поместье», не так ли?

— Ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать. — обиженно надулся Альф. — Лучше бы отыскал в помощь какого-нибудь умелого мага. Зуб даю, что такие здесь еще водятся.

— В правильных руках наука ничем не отличается от магии, усвой это. — возразил я. — Такие люди нам нужны, даже если у них несколько эксцентричный нрав.

Тем временем братья Бодески и Рамон переместились от нашей мотокареты к соседней, но спор так и не прекратили. Влад оживленно жестикулировал. Дрожь в его руках так и не прошла, поэтому несколько раз он случайно чуть не угодил Рамону по лицу. Того спасли только хорошие рефлексы. Да, эксцентрики им не занимать.

— А ты тоже упертый, знаешь ли. — сказал Альф. — Но я все равно рад, что ты смог вернуться.

И он оскалился всем своим зубным рядом. Я в этом оскале увидел улыбку — самую искреннюю улыбку, на которую он был способен.

— Я тоже рад. — ответил я. — Спасибо.

* * *

Домой ехали долго. Сперва высадили у самого дома братьев Бодески вместе с их бесценным грузом. Они оба чуть не валились с ног от усталости, но пообещали тут же приступить к работе, как только проспятся хоть немного. Судя по огню, который горел даже в слепом, пространном взгляде Игната, можно было не сомневаться — они выполнят свою часть работы.

Поэтому мы спокойно направились в поместье. Когда подъехали, уже перевалило за восемь утра, и поднялось яркое солнце. Так что скоро к пению птиц за окнами и шелесту теплого ветра добавились истошные крики Азариэля. Когда он завыл в первый раз, я не сдержал улыбки. Для владыки тьмы нет хуже страдания, чем попасть под солнечные лучи. Концентрированный свет. Он ревел, брыкался и пытался высвободиться из парусинового кулька, который для него соорудили мои спутники, но тщетно.

— Как только я верну себе прежнюю мощь, ты пожалеешь, что появился на свет, клянусь тебе тьмой из средоточия миров! — пообещал Азариэль, когда Иль и Вел вытащили его из багажника.

— Прости, но очень сложно воспринимать угрозы от того, кому может наподдать даже Альф, — ответил я.

Об Аиде тоже позаботились — это взяла на себя Рэнфри, оккупировавшая одну из комнат на первом этаже. Некоторое время она никого к своему рабочему плацдарму не подпускала, но потом подозвала меня сама.

— Андрей Александрович, я сделала все, что могла, — сказала она тихо, что даже меня удивило. — Но не знаю, хватит ли этого. Не знаю уж, во что вы ввязались, но досталось ей крепко. Пока дышит, но положение у нее тяжелое. Простите уж.

— Тебе не за что просить прощения, — успокоил я. — Ступай, займись Рамоном. Ему тоже не помешает твоя помощь.

Рэнфри всплеснула руками и, матерясь сквозь зубы, устремилась на поиски Рамона. А я же остался с Аидой. Сейчас она лежала в постели, такая беззащитная и уязвимая. Совсем не похожая на обычную сущность родом из Ада. Там, где ее настиг удар Азариэля, красовался огромный кровоподтек, как уродливая клякса. Из всего ее тела будто выбили жизнь.

В забытьи она слегка шевельнулась, отчего повязка с лечебным компрессом сползла со лба. Я подошел, чтобы ее поправить. Пальцы коснулись кожи, горячей и воспаленной. Аида приоткрыла глаза.