Книга Демонолога вызывали? Том 1, страница 32 – Александр Вольт, Ричард Рубин

На улице вечерело. Красное солнце катилось за горизонт, уже скрываясь за верхушками прямоугольных крыш многоэтажек. Шум города навалился на меня: звонки велосипедистов, гудки клаксонов, ржание лошадей, людские голоса. После гнетущей тишины подземелья мир казался неприлично громким.

— Так что ты хотела от меня, — обратился я к приставшей рогатой.

— Как минимум съездить тебе по морде за твой хамский взгляд, — спокойно сказала она, — но с недавних пор мне дали указание не отходить от тебя ни на шаг и тайно следить.

— Тайно, — сказал я. Нет, не вопрос. Просто повторил ее слово, акцентируя внимание.

— Да.

— Мгм. У тебя хорошо получается. Не подкопаешься.

— Поэтому нашу дуэль придется ненадолго отложить. Просто веди себя нормально, и мы очень быстро с этим закончим. Сомневаюсь, что тебе понравится, когда я буду буквально находиться рядом с тобой в любом месте.

Бесенок присвистнул.

— Марк, как думаешь, а когда ты пойдешь в душ или банально посрать, то она тоже рядом стоять будет? А если тебе приспичит пар в свисток спустить? Понимаешь, о чем я? Ну там, шкурку погонять, удава приголубить, ну, вдруг ты не понял. То, что она, тоже будет стоять и наблюдать? А вдруг…

— Помолчи, — шикнул я ментально. Бесенок тут же заткнулся и надул губы, усевшись на плече и подперев щеки лапками. — Скучный ты.

Но в целом, утверждение рогатой было спорным. У нее была прелестная фигура на людской лад, от которой тяжело отвести глаза. А рожки… да не так уж они и сильно выделялись и никак не отпугивали.

— Имя-то у тебя есть, мстительница? — спросил я спокойно.

Она подняла бровь.

Мы шли по территории, огражденной старым высоким бетонным забором с колючей проволокой поверх. Место, мягко говоря, давно не знавало дворников, садовников и в целом слово «уход». То тут то там росли кусты дикого клена и сирени, под ногами гулко ухала плитка, когда на нее наступали. В целом — либо так задумано для отвода глаз, либо выделенные деньги, как обычно, распихали по карманам, а в отчетах написали, что все выполнено, как и требовалось сверху.

— У Клинков не спрашивают имен, — как-то отчужденно и холодно сказал Покровский и бросил на меня взгляд, но тут же смягчился. — Обычно.

— С вашего позволения, — ответил я ему, перейдя на официоз, от чего он ухмыльнулся и пожал плечами.

— Аида, — сказала она, подернув плечами. Ей было дискомфортно от этого. Почему? Что заставляло ее поежиться, словно пробрало холодом от вопроса? Неужели вопрос об имени для таких, как она — настолько личное или недоступное, что…

— ПХАХ! — гаркнул мне бесенок прям на ухо, брызгая слюной. — Ты слышал⁈ Аида! Что не день, то каламбур: то тот придурастый Олог, теперь полубесовка по имени Аида. Марк, мы точно в дурдоме, я тебя уверяю. Как там говорили люди с востока в твоем мире? Мамой клянусь, Каммерер, иного объяснения нет!

— Черт рогатый, с мысли меня сбил, чтоб тебя! — сказал я ему мысленно и глубоко вздохнул.

Мы подошли к старой проходной, которую никто не охранял. Простые железные ворота на два засова с двумя створками с облупившейся синей краской в добрых два слоя. Рядом была калитка (иначе не назовешь), через которую мы вышли по одному.

— Меня Андрей зовут, — сказал я Аиде. — Раз уж ты за мной по пятам шататься будешь, имя знать тоже полезное.