Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.4, страница 58 – Александр Вольт, Виктор Петровский

* * *

Но все-таки получилось. Я открыл глаза и обнаружил себя в привычной серой пустоте коллективного бессознательного. Баюн уже находился здесь, устроившись неподалеку и аккуратно обернув хвост вокруг лап.

— Долго же ты собирался, — заметил кот, не меняя позы.

— То ли у царства снов слишком узкие двери, то ли кто-то слишком много ест, — ответил я, осматриваясь.

Мы не стали тратить время на пустые разговоры и сразу перешли к делу. Я сосредоточился на образе Антона Чеботарева.

Но тут возникла непредвиденная сложность. Во время предыдущих экспериментов с непрошенными визитами в чужие сны моими целями выступали люди, к которым я испытывал вполне конкретную неприязнь. Даже к сыну Гаврилова, которого никогда в глаза не видел. А потому они мне были не совсем чужими, в каком-то смысле.

Сейчас же я искал человека, к которому не чувствовал абсолютно ничего, кроме прагматичного желания его найти. У меня имелись только внешность с фотографий и интересы из соцсетей.

Потому и связь устанавливалась со скрипом. Я стоял — или висел, не знаю, как лучше назвать бездействие в царстве снов — в пустоте, пытаясь силой мысли зацепить нужную нить. Представил строчки официального письма, печать Министерства, привязал этот информационный след к лицу из социальной сети и его язю… Получилось. В пространстве образовалось слабое, едва заметное натяжение, и я пошел по этому следу.

Вскоре мы оказались перед границей чужого сновидения.

— Мне нужно войти внутрь так, чтобы не привлекать внимания, — обратился я к Баюну, оценивая преграду. — Если я появлюсь там в своем обычном виде, его подсознание выдаст непредсказуемую реакцию. Как мне стать невидимым или хотя бы неприметным?

Чтобы слиться с фоном, надо было заранее знать, какие декорации он там выстроил, а я этого не знал. А облажаться не хотелось.

— Просто не существуй, — лениво отозвался фамильяр. — Ты постоянно пытаешься применять физическую логику к ментальным конструктам. Перестань проецировать тело. Стань бестелесным наблюдателем, точкой восприятия, и дело с концом.

Концепция звучала логично, но реализация потребовала усилий. Мой разум привык осознавать себя как материальный объект с руками, ногами и определенными габаритами. Я закрыл глаза и начал целенаправленно стирать собственные границы, стягивая осознание в единую точку, лишенную формы и массы. Ощущение вышло крайне специфическим, разум на мгновение выдал легкую дезориентацию, отказываясь принимать отсутствие физической оболочки. В конце концов у меня получилось. Я попытался посмотреть на свои руки и не увидел их, потому что рук больше не было. Отличный результат.

В таком формате я пересек границу сферы.

Оказавшись внутри, я сразу понял, что сон не из приятных. Архивариус Антон лежал на асфальте. Отчаянно дергался, пытаясь подняться или хотя бы отползти, но тело его не слушалось, будто парализованное. А прямо на него неслась огромная фура, ослепляя фарами.

Это совершенно никуда не годилось. Так еще проснется, чего доброго, а это мгновенно оборвет наш сеанс связи, и жди потом, пока он снова уснет. Кроме того, смотреть на страдания человека, пусть даже выдуманные его собственным мозгом, не входило в список моих любимых занятий. По крайней мере, человека, который ничего плохого вроде бы не сделал. Требовалось вмешательство.