Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.4, страница 26 – Александр Вольт, Виктор Петровский

Это была классика, основа стабильности.

Аристарх Львович перевел взгляд на подпись в конце документа.

Начальник Каменоградского отделения ММР, князь В. П. Милорадович.

Чиновник тяжело вздохнул и отодвинул от себя пустую кофейную чашку. Никакой комиссии не будет. Никаких презентаций, затягивания сроков и намеков на благодарность тоже не предвиделось. Привычная и любимая схема ломалась на корню.

Причина тому крылась не в тексте документа, а в событии, произошедшем тремя днями ранее.

В этот самый кабинет зашел человек. Он не записывался на прием, не показывал документов секретарю. Он просто открыл дверь, сел в кресло напротив и негромким, лишенным всяких эмоций голосом передал распоряжение с самого верха. Из столицы. Из приемной самого графа Александра Николаевича Салтыкова.

Запрос не сопровождался казенной бумагой с гербовой печатью. На нем не стояло ничьей подписи. И именно поэтому проигнорировать его не представлялось возможным.

К официальным обязанностям всегда можно подойти, спустя рукава, подзатянуть, «ошибиться» время от времени, переложить вину на подчиненных, никому не будет до этого дела. А вот слова, сказанные посланником важного человека с глазу на глаз, дело совершенно иного толка. Последствия непокорства в таких случаях измерялись не выговором с занесением в личное дело, а сломанной карьерой, тюремным сроком, а зачастую и внезапным ухудшением здоровья с летальным исходом. Граф Салтыков не терпел препятствий на своем пути.

Суть негласного распоряжения была кристально ясна. На всем, что приходит из Каменограда за подписью Милорадовича или некоего Волконского, следовало немедленно ставить разрешающую визу. Без вопросов. Без комиссий. Запросят двойной бюджет — одобрить и перевести в тот же день. Запросят редких специалистов — выделить из резерва. Попросят достать Луну с неба — немедленно начать расчет траектории и готовить смету на лунную экспедицию.

Аристарх Львович откинулся на спинку кресла, постукивая ручкой по столешнице.

Разум чиновника, привыкший к кулуарным интригам, пытался найти логику в происходящем. С чего вдруг Салтыков взял под свое крыло Каменоградское отделение? Отношения между домами Салтыковых и Милорадовичей представляли собой классический публичный секрет. Вслух о древней вражде никто не говорил, но каждая собака в Империи знала, что они на дух друг друга не переносят. Владислава Милорадовича в свое время и сослали в эту уральскую дыру именно стараниями оппонентов.

А теперь что же? Внезапное перемирие? Странная, необъяснимая дружба? Политический альянс против третьей силы?

И кто, черт возьми, такой этот Волконский?

Фамилия не из известных, влияния в обществе не имевшая. Младший советник. Абсолютный ноль в аппаратном весе. Однако посланник графа произнес эту фамилию с тем же нажимом, что и фамилию князя. Словно этот никому не известный советник представлял собой фигуру не меньшей значимости.

Аристарх Львович покрутил ручку в пальцах. Воистину, странные наступают времена. Непонятные течения зарождаются в столице и докатываются до провинции, ломая привычный уклад. В воздухе отчетливо пахло большими переменами, а там, где дуют ветры перемен, чиновникам вроде него легко простудиться насмерть.

Он усмехнулся своим мыслям.

К огромному счастью, в этих играх титанов ему не отводилось никакой серьезной роли. Он не собирался лезть в тайны министра и выяснять подоплеку столичных союзов. Его задача была проста, понятна и абсолютно безопасна, если следовать инструкциям.