Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.2, страница 77 – Александр Вольт, Виктор Петровский

Тогда я нанял своего первого программиста, молодого, толкового парня. И это был ад. Все было не то и все не так, я следил за каждой строчкой его кода, проверял и перепроверял, переписывал чтобы было по-моему, хотя код-то работал. Нормальный был код, просто не мой.

А потом, в одну из бессонных ночей, когда я допиливал и без того работающую программу до своего личного идеала, до меня дошло. Если я надеялся чего-то в этом мире добиться, мне следовало доверять своим людям. Учить, где надо, показывать, как править косяки. Но если все работает, то просто отпустить ситуацию и сосредоточиться на своей сфере — управлении, поиске клиентов, решении наиболее сложных задач. И вот только тогда дела по-настоящему пошли в гору.

Илья сейчас стоял на том же самом перепутье. Он был замечательным мастером. Но мозг и пара рук у него были одни, и в том было ограничение. Чтобы раскрыться полностью, добиться всего, чего мог, он должен был стать инженером. Изобретателем. Человеком, который создает новые приборы, а не клепает старые.

— Вот именно, Илья, — сказал я, и мой голос стал мягче. — Никто не знает. Кроме тебя. И твоя новая задача — сделать так, чтобы знал любой.

Я забрал из его рук остывший паяльник и аккуратно положил его на верстак.

— Отложи инструмент. Твоя новая задача — составить полную техническую спецификацию. Детальный чертеж каждого узла. Список всех компонентов, с допусками и артикулами. Пошаговую, понятную инструкцию по сборке, требования. Нам нужен документ, который я смогу отдать любому подрядчику, и без проблем получить хоть сто точных копий твоего шедевра в нормальный срок.

Илья посмотрел на свои руки, потом на паяльник, потом на меня. И скажу честно, его настолько потерянным я еще не видел. Он стоял на пороге нового и неизвестного, и тем пугающего.

— Дмитрий Сергеевич… — пробормотал Илья, нервно взъерошив волосы. — Я… я не справлюсь. Я же техник. Работаю руками. Паять, собирать, чинить — вот мое… А бумаги и все такое… Это для ученых вроде Василисы Дмитриевны. Или для начальников, вроде вас. Я же простой работяга…

Да, да. Все это мы проходили. Знакомая история продолжалась. Страх неизвестности, ответственности, страх перестать делать то, что ты умеешь лучше всего. И я знал, что заставлять такого человека что-то делать нельзя. Во-первых, это было просто не по-человечески. А во-вторых, вся гениальность Ильи, вся его невероятная эффективность, была построена на чистой, искренней любви к своему делу. Он не работал — он творил. Он жил этим, он хотел придумывать и паять. Отбери у него это — и он превратится в обычного, унылого исполнителя.

Значит, нужно было найти другой подход. Признание? Нет, Илья был абсолютно лишен тщеславия. Ему было плевать на славу. Деньги? Если бы его интересовали деньги, он со своими талантами давно бы работал на каком-нибудь частном заводе в столице, а не прозябал здесь за копейки.

Но я знал, какой ключ подходит к его замку. Возможность принести пользу. Настоящую, осязаемую. Куда большую, чем от ручной работы. И второе — возможность творить, не отвлекаясь на рутину.

— Илья, сомневаться — это нормально, — сказал я спокойно. — Это значит, что ты понимаешь всю ответственность. Но скажи мне, разве тебе не надоест через год? Через два? Паять один и тот же прибор. День за днем.