Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.2, страница 108 – Александр Вольт, Виктор Петровский

Я выдохнул. Черт бы его побрал, значит, результат был, просто на монитор не передавался.

— Разобрались. Сейчас, — снова проговорил техник.

Спустя пару секунд третья шкала подскочила вверх. С сорока девяти процентов сразу на девяносто восемь.

В этот момент толпа отреагировала по-настоящему.

Кто-то захлопал. Сначала один, потом к нему присоединился и второй человек. Какие-то мгновения, и мы уже стояли в центре шквала аплодисментов и радостных выкриков. Журналисты оживились, суетливо подготавливая свои вопросы.

А что чиновники? А чиновники оставались собой. И речь не о полных недовольства и собственной важности лоснящихся рожах. Речь о мастерстве переобувания. Честное слово, если б оно было олимпийской дисциплиной — на соревнования можно было бы отправить несколько таких господ, и их медалей хватило бы на ощутимое пополнение золотого запаса.

Они улыбались и помахивали руками. Профессионально. Мол, смотрите, мы тут тоже не просто так, мы тоже участники регаты. Ага.

Но пускай. Их желание присосаться к нашему успеху играло нам на руку. Потому что в таком случае они с удовольствием и без заминки доложат об этом успехе повыше, укрепляя и наши позиции тоже.

Молодой журналист лихорадочно строчил в своем блокноте, его глаза горели. Фотограф, забыв про свою усталость, щелкал затвором, снимая все подряд — и монитор, и нас, и людей, и чиновников даже. Остальные журналисты не сильно отличались в своем поведении.

Я посмотрел на Василису. Одна из старушек подошла к ней, и обняла.

— Дочка… — сказала она дрожащим голосом. — Спасибо тебе. От всех нас. Спасибо…

Василиса смотрела на нее в замешательстве, но потом робко обняла в ответ, отвечая что-то про «просто делаем свою работу». И улыбнулась. Слабо, но все-таки искренне, по-настоящему. Это была улыбка не ученого, доказавшего состоятельность своей работы, но человека, что смог помочь ближнему своему. Решить настоящую, жизненную проблему.

Из подъездов стали появляться Илья и техники. Их тут же окружила толпа. Хлопали по плечам, жали руки, благодарили. Илья, смущенный, растерянный и абсолютно счастливый, стоял в центре этого стихийного, народного ликования.

Я стоял чуть в стороне, наблюдая за этим стихийным народным праздником. Пусть команда погреется в свете славы, они заслужили. А мне оно было не важно, я и без того был довольнее некуда. Решил задачу, помог людям, обеспечил реальный результат. Казалось бы, ну холод, не такое уж смертельное дело. А нет. Это, во-первых, на здоровье сказывалось, и на комфорте людей — а следовательно, на настроениях. Во-вторых — экономило бюджету серьезные деньги, и рабочие кристаллы.

А в-третьих, давало надежду. Реальную, на хоть какие-то перемены к лучшему. Это тоже было важно.

Илья, смущенный и абсолютно счастливый, что-то объяснял окружившим его мужикам. Василиса, все еще с тенью улыбки, отвечала на вопросы восторженных старушек. Мария раздавала журналистам какие-то заранее подготовленные брошюры.

Ко мне подошли чиновники из управы. Спесь с их лиц слетела. Теперь они жали мне руку, заглядывали в глаза и говорили какие-то лестные, правильные слова про «благо города» и «инновационный подход». Репортеры задавали нам вопросы, мы отвечали. Вернее, отвечал главным образом я, а господа чиновники больше кивали да поддакивали. Помимо ответов я не упускал возможности раздать комплиментов своей команде и наобещать светлого и, главное, теплого будущего. Как и полагалось чиновнику, но с одним нюансом: я свои обещания собирался выполнить и перевыполнить.