Книга Первый инженер императора I, страница 76 – Александр Вольт

Примитивный механизм, однако пользы от него будет поразительно много в нашем положении. Никто не запрещал нам помимо производства инструмента, деталей оружия и иных заявок еще и устроить собственную пекарню.

Я присел на большой камень у реки и принялся рассматривать местность. Шум воды и общая физическая усталость за день навалились разом, вызывая желание просто расслабиться и ничего не делать. Но я не мог себе этого позволить.

Раз уж за сегодня выполнили такой большой кусок задач, то стоило сделать и еще одну не мало важную.

Усевшись поудобнее, я закрыл глаза и стал просто дышать, прислушиваясь к собственному дыханию. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вода течет и плещется. Рыба выскакивает на поверхность, разбрасывая брызги в разные стороны, что красиво переливаются и отблескивают в свете садящегося солнца.

Я этого не вижу, но очень четко представляю картинку только по звукам. Мир вокруг стал тускнеть. Только бесконечный медитативный звук бегущей реки, что медленно с каждой секундой становился глуше и глуше. Я пытался увидеть, как говорил Скворцов. Узреть. Мой мир физики материален и осязаем. Я вижу его так, как могу, ведь мой мозг — это механизм, что расшифровывает информацию с датчиков — глаза, нос, уши, кожа.

Воображение меркло, уступая надвигающейся тишине.

Я должен узреть. Мне необходимо. Я обязан самому себе в первую очередь.

Белизна. Необъятная и бесконечная белизна. Она снова встретила меня с распростёртыми объятиями и абсолютной стерильностью. Ни запахов, ни звуков, ни ощущения температуры, ни чего-то стороннего.

Находясь в этой пустоте один, я смог отметить, что даже мысли звучат как-то слишком громко, будто я говорю их в слух в пустом театральном зале и они эхом отражаются в пространстве.

Узреть… как узреть то, чего здесь нет?

Я сделал несколько шагов в одну сторону, затем в другую; прошелся по кругу, попытался пробежаться. Но здесь не было ничего, кроме тишины и белой бесконечности.

Где-то чуть ниже грудной клетки в области солнечного сплетения зарождалось дискомфортное тянущее чувство, напоминающее злость. Воть только толку от него не было, поскольку здесь злобой не помочь.

Как мне добраться туда, где я был лишь единожды в собственном разуме? Как узреть то, чего нет?

Я невольно пошевелил ногой, отчего концентрация на мгновение нарушилась. Шум воды ворвался в сознание, сбивая меня с ног в этой пустоте. Я закусил губу, чтобы привести себя в чувства и оставаться сосредоточенным на основной мысли — зреть.

Лес. Широкая поляна, насыщенная зелеными травами всех сортов. Сочная буйная зелень, которую еще поискать в этом мире надо. Огромный левитирующий валун, усеянный рунными надписями… Я хочу тебя найти. Я хочу к тебе добраться. Мне надо к тебе добраться, черт подери, потому что это вопрос жизни и смерти.

Мой внутренний взор был направлен только на эту мысль. Дискомфорт в груди нарастал, словно железный ком, сводя дыхания.

Что мне сделать? Что сказать? Сим Салабим? Сим-Сим, откройся? Крекс-пекс-фекс? Невозможно попасть туда…

(я открыл глаза)

… где никогда не был!..

Что?

Перед моим лицом порхала цветастая бабочка махаон с желтовато-белыми крылышками, черными полосками и заостренными краями в виде хвостиков на задней части. Переведя взгляд, я чуть не сел на землю, потому что ноги подкосились.