Книга Архитектор душ XII. Последнее дело Громова, страница 8 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Шая дернула бровями, вновь затягиваясь. Ее взгляд был прикован к мерцающим точкам в небе.

— Да ничего хорошего, если честно, — ее голос прозвучал глухо. — Эта древняя байка моего народ… Легенда гласит об «избранном», вместе с приходом которого случится «выброс тьмы».

Она выдохнула струю дыма и аккуратно потушила бычок об урну, после чего повернулась ко мне с таким взглядом, который я никогда не видел. В них плескалась неведомая мне ранее серьезность, заполнившая эльфийку до самой маковки.

— Идем ко мне в комнату, — сказала она. — Расскажу подробнее. Тут есть над чем подумать.

Древняя байка народа про избранного и какой-то там выброс. Замечательно. Что-то чем больше я слушаю, тем больше нахожу всякие параллели из своего мира. Пускай тут и не было религии в привычном понимании, то есть отсутствовал Иисус, Божество, а вместо них была Мировая Энергия, в которую после смерти уходили все души умерших.

Но вот эльфы… хех, у эльфов все до зубной боли аллегорично перекликалось со Вторым Пришествием, Страшным Судом и прочими-прочими-прочими вещами, о которых в моем родном мире были написаны талмуды текстов, сняты сотни фильмов и сломаны тысячи копий в теологических диспутах. Конец света он, видимо, и в альтернативной реальности Конец света. Меняются только декорации и форма ушей у тех, кто его предрекает.

Мы шагали по коридорам военной базы, навстречу нам то и дело попадались офицеры и связисты, люди постоянно переговаривались и куда-то торопились. Визжали сирены тревоги, где-то лязгали гусеницами бронемашины, занимая позиции у бетонных периметров. И никто из этих суровых вояк понятия не имел, что делать с небом, которое превратилось в космическую бездну прямо посреди дня.

Добравшись до выделенной эльфийке комнаты, которая стилистически не сильно отличалась от моей, только пахнущей не старой краской, а любимым ароматом Шаи — сиренью и крыжовником. Хотя, если принюхаться, красочкой, все же отдавало слегка.

Заперев дверь на щеколду, чтобы нам никто не помешал, мы уселись на узкую кровать друг напротив друга.

Шая потерла виски тонкими пальцами, собираясь с мыслями. В полумраке комнаты, освещаемой лишь тусклой лампочкой под потолком да пугающим багровым заревом из-за зарешеченного окна, она выглядела непривычно вымотанной.

— В общем, если не вдаваться в детали, которые идут по тексту, то речь идет про некоего человека с чужой сутью, который придет за своим братом, который будет умолять о прощении и после этого начнется «выброс тьмы», — заговорила эльфийка таким голосом, словно она сама до конца не верила в то, что произносит. — Никто толком не знает, что это значит, кроме того, что нас ждет тотальная, прости меня за прямоту речи, жопа с большой буквы. То, что вы видели, вот эти сгустки тьмы, это не совсем оно, но один из звоночков.

Я невольно поежился, вспомнив жуткие силуэты, что выскользнули из леса нам наперерез у самой опушки.

— Таких тварей будет становиться больше, — продолжила Шая, глядя мне прямо в глаза. — Об этом в байке не говорится, но я лет сто назад читала литературу своего народа, где были научные исследования на эту тему.

Я скептически изогнул бровь, скрестив руки на груди.

— Научные исследования о байке? — переспросил я с нескрываемым сарказмом.