Книга Архитектор душ XII. Последнее дело Громова, страница 104 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Даграль, шагая мимо пыльных стоек, лишь отмахнулся рукой.

— Ну так… а кто за этим всем следить будет? А платить работникам чем, когда оборота нет? — ответил он. — Бизнес есть бизнес. Все вложения забрали, работников разогнали и дело с концом. Как построили, так и забросили, делов-то, Виктор. Идемте, нам еще шагать и шагать.

Мы прошли сквозь пустой операционный зал, миновали длинные ряды касс и углубились в закулисье старого дварфийского банка. Пространство здесь носило сугубо утилитарный характер: узкие коридоры, брошенные кабинеты и распахнутые настежь массивные двери бронированных хранилищ.

Если бы не спокойствие дварфа, я бы, честное слово, сюда бы ни в жизнь не пошел. Сцена представлялась, как в фильмах ужасов про заброшенные постройки, где в каждой тени мерещится маньяк.

Даграль, не останавливаясь, провел нас к дальней стене административного сектора, где за неприметной технической дверью скрывался спуск в виде каменной винтовой лестница, подобная той, что была в Торне. Грубые ступени без перил и ограждений бесконечной спиралью уходили во тьму.

Мы начали спуск.

Чем глубже мы погружались по каменной кишке, тем сильнее менялся микроклимат, становясь жарче и жарче. Вентиляция здесь отсутствовала как данность, и с каждым десятком витков температура неумолимо ползла вверх.

Вскоре мне пришлось расстегнуть куртку, потому что одежда начала неприятно липнуть к спине. Бойцам сопровождения из СБРИ, закованным в экипировку и, повезло куда меньше. Я отчетливо слышал их сбивающееся дыхание и как-то и дело они приподнимали балаклавы, чтобы освободить дыхание. Никто не жаловался, но физическая нагрузка давала о себе знать.

Затем появился запах.

Сначала едва заметный химический привкус, оседающий на языке при вдохе, но постепенно вонь усиливалась. Едкий аромат тухлых яиц смешивался с удушливой жарой, оседая на слизистой гортани и раздражая нос. Кто-то из солдат позади меня тихо закашлялся.

Сера. Вот что это было.

Винтовая лестница казалась бесконечной, пока, наконец, каменный туннель не вывел нас в очередное открытое пространство.

Ступени закончились ровным полом. Фонарей осветили пространство, но вязли в абсолютной тьме, не доставая до противоположных стен. Мы оказались в колоссальной природной каверне. Воздух здесь был таким горячим и тяжелым, что каждый вдох обжигал носоглотку, а запах серы достигал концентрации, вызывающей инстинктивное желание надеть респиратор.

Нижние своды пещеры оставались в темноте, но изредка откуда-то снизу пробивались красновато-зловещие всполохи. Они накатывали короткими волнами, вырывая из мрака грубую фактуру нависающих над нами каменных арок.

Даграль шел впереди уверенным шагом, словно гулял по аллее парка, ничуть не смущаясь ни жары, ни отсутствия освещения. Внезапно он остановился, оперся на древко секиры и, не оборачиваясь, предупредил:

— Осторожнее, здесь обрыв, не упадите.

В этот самый момент внизу произошел очередной всполох. Пространство каверны залил густой оранжевый свет.

Шая осторожно сделала несколько шагов вперед, приближаясь к неровному краю площадки. Она слегка наклонилась, опуская взгляд в провал. Багровые отсветы упали на ее лицо, подчеркнув сведенные от напряжения брови.

— Что там еще такое? — глухо спросила эльфийка. Она всматривалась во тьму, и ее глаза расширились. — Лесная матерь… — прошептала она, почти не размыкая губ.