Книга Архитектор Душ IX, страница 56 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— Маша! — восхищался Дубов после очередного ее удачного дуплета. — Да вы скрывали от нас талант! Это же профессиональный уровень!

— Просто геометрия, Дмитрий, — скромно улыбалась она, натирая кий мелом. — Углы падения и отражения. Ничего сложного.

А вот Виктория… С Викторией было интереснее.

Она играла агрессивно. Вставала в красивую стойку, демонстрируя фигуру, и била. Била сильно и резко.

Я наблюдал за ней. Вот она прицеливается. Шар стоит неудобно, угол острый, нужно ударить тонко, на резке. Но Виктория бьет прямой наводкой.

В момент удара я, переключившись на свое зрение, заметил слабую, едва уловимую вспышку вокруг ее рук и кия. Понятно. Виктория использовала свою родовую Силу, чтобы шар докатился из неудобного угла в нужное место.

Удар!

Белый шар-биток влетел в прицельный с такой скоростью, что тот должен был вылететь со стола. Но вместо этого он, словно нарушая законы физики, срикошетил от борта, пролетел через все поле и с грохотом рухнул в угловую лузу.

— Оп-ля! — Виктория победно выпрямилась, отбрасывая волосы назад. — Видели? Чистая мощь!

Я хмыкнул.

— Чистая мощь и немного семейных секретов, да? — шепнул я ей, когда она проходила мимо.

Она лукаво подмигнула мне.

— Тссс. Не пали контору, граф. Я просто придаю ему правильное ускорение. Немного инерции никому не повредит.

Мы с Дмитрием играли роль статистов в этой битве титанов. Я играл спокойно, в меру своих сил и навыков. В бильярд я играл, но не сказать чтоб профессинально. Дубов же больше красовался, принимая картинные позы и комментируя каждый удар, но попадал через раз.

Игра затягивалась. Азарт захватил нас, заставив на время забыть о том, что происходило утром. Мы пили сок, смеялись над промахами и аплодировали удачам.

Но в какой-то момент, когда Мария в очередной раз филигранно загнала «свояка» в середину, разговор сам собой вернулся к теме, которая висела в воздухе весь день.

— А все-таки… — тихо произнесла Мария, опираясь на кий. — То, что случилось утром… С тем мужчиной, у которого кровь пошла. Это ведь было ужасно.

Она посмотрела на нас с нескрываемой тревогой в глазах и голосе.

— Я считаю, что это было нечестно. Не у всех же есть силы. Мы врачи, а не колдуны. Мы приехали соревноваться в знаниях, а нас заставляют уворачиваться от проклятий.

— Маш, — вмешалась Вика, проходя вокруг стола и оценивая позицию шаров. — А когда в нашем мире вообще что-то было честно?

Она остановилась и обвела нас взглядом.

— Вон есть графья и бароны, без обид, парни, — сказала она нам, кивнув мне и Дмитрию.

Мы с Дубовым синхронно подняли руки, показывая открытые ладони, мол, какие могут быть обиды, это просто констатация факта.

— Они аристократы, — продолжила Виктория, наклоняясь над столом. — У них с рождения больше возможностей. Образование, связи, деньги. Мы вроде бы живем в правовом государстве, где все вроде бы равны перед законом и Императором. Но вот они, — она снова кивнула в нашу сторону, — выходят все равно равнее. Понимаешь?

Мария вздохнула, глядя на зеленое сукно.

— Да это все понятно, Вика. Социальное неравенство, классы… Но все равно такое позволять на профессиональном конкурсе… не знаю… не по-человечески это. Это же не война. Это медицина. Гуманизм.

— Гуманизм заканчивается там, где начинается конкуренция за ресурсы, — жестко ответила Виктория и нанесла удар. Шар с треском влетел в лузу.