Книга Архитектор Душ V, страница 91 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Я выдержал паузу, самую длинную и самую тяжелую за весь наш разговор. А потом сказал. Просто, без пафоса, как констатируют медицинский факт.

— Потому что я не из этой вселенной.

Девушки все еще сидели в уютном полумраке кафе. За окном давно стемнело, и редкие прохожие спешили укрыться от подступавшей ночной прохлады. Но здесь, за столиком у окна, казалось, время остановилось. Алиса держала в руке стакан, покрытый толстым слоем инея, и смотрела на Лидию с выражением неописуемого изумления и восторга.

— Как? — выдохнула она наконец, когда шок от ледяной газировки немного отступил. Ее голос был едва слышен, почти шепот. — Когда⁈ Ты… ты всегда так умела?

Вопросы посыпались из нее, как горох из дырявого мешка. В ее голове не укладывалось то, что она только что осознала. Нет, это, наверное, какой-то фокус!

Лидия опустила глаза. На ее бледных щеках проступил едва заметный румянец, выдававший смущение девушки. Она медленно повертела в пальцах чайную ложечку, глядя, как в ее отполированной поверхности отражаются огни кафе.

— Нет, — сказала она тихо, и в ее голосе не было ни гордости, ни радости. — Я была первой в нашем роду, у кого нет магии.

Алиса слушала, затаив дыхание, видя, как тяжело даются Лидии эти слова.

— Но после… после ритуала, — Лидия сделала паузу, словно ей требовалось усилие, чтобы произнести это слово, — я почувствовала изменения. В общем, во мне проснулась магия.

Слова эти, произнесенные почти шепотом, повисли в воздухе. Алиса смотрела на Лидию, на ее опущенные ресницы, на то, как нервно подрагивают ее пальцы, и ее собственное сердце сжалось от сочувствия. Она представила себе эту картину: маленькая девочка, растущая в семье, где магия — это норма, это признак принадлежности к роду, и только она, одна-единственная, лишена этого дара. Каково это — чувствовать себя чужой в собственном доме?

Но потом, почти сразу, сочувствие уступило место другой, более сильной эмоции. Радости. Искренней и чистой, как горный ручей. Радости за эту сильную гордую девушку, которая наконец-то обрела то, чего была лишена всю жизнь.

— Так это же замечательно! — воскликнула Алиса, и ее голос прозвучал слишком громко в тишине кафе. Несколько посетителей за соседними столиками обернулись на ее возглас. Алиса тут же прикрыла рот руками, ее щеки залились краской от смущения., но сдержать порыв не смогла.

Она подалась вперед через стол и схватила Лидию за руки. Ее правая кисть, еще не до конца отошедшая от магического холода, была прохладной на ощупь.

— Это же просто замечательно! — повторила она, уже шепотом, но с той же восторженной интонацией. Ее зеленые глаза сияли. — Лидия, я так за тебя рада! Правда!

Лидия подняла на нее глаза, и в их голубой глубине Алиса увидела отражение своего собственного восторга.

— Спасибо, — сказала Лидия, и на ее губах появилась теплая искренняя улыбка — та самая, которую Алиса видела так редко, но ценила так высоко. — Я и сама… почти что рада.

— Почти? — удивилась Алиса. Она не могла понять этого «почти». Как можно быть «почти» радой, когда сбылась, казалось, мечта всей твоей жизни? — Почему почти?

Лидия вздохнула, и улыбка исчезла с ее лица, уступив место серьезности.

— Потому что с большой силой приходит большая ответственность, — сказала она, и в ее голосе прозвучали нотки той самой аристократической сдержанности, которая была ей так свойственна. Но сейчас за этой сдержанностью скрывалась не гордость, а тревога. — Теперь мне придется посвящать все свободное время изучению магии, чтобы ее обуздать и избежать неконтролируемых выбросов.